опять садился за компьютер. А рабочие делали свое дело, постоян-

но дергая Захарова и отвлекая от перечисленных выше дел.

Как-то вечером, когда в доме был младший сын, матери Алек-

сея Дмитриевича стало плохо. Поднялась температура, силы стали

покидать бедную старуху, глотавшую пачками таблетки от сердца,

давления и других старческих болезней. И тогда на следующий

день, в воскресенье, Алексей Дмитриевич с сыном и матерью уеха-

ли в город.

Тем временем, в понедельник, поздно вечером, когда стало

очевидно, что Захаров не приедет, Блященко сломали Захарову за-

бор и поставили свой, на металлические столбы они натянули

двухметровую металлическую сетку. Захватив у Алексея Дмитрие-

вича около сотки земли, а может быть и более, Блященко начали

праздновать победу.

В среду в 1100 вместе с бригадой мастеров, которые должны

были установить на крыше дома новую телевизионную антенну и

поднять повыше спутниковую тарелку, приехал Алексей Дмитрие-

вич. Бригада быстро разгрузила инструмент и аппаратуру, и уже

приступила к работе, когда неожиданно Алексей Дмитриевич уви-

дел свой сломанный забор. Вначале он остолбенел. С полуоткры-

тым ртом, глотавшим с жадностью воздух, Захаров заметался вдоль

своего нового летнего туалета, который теперь большей частью

194

оказался на захваченной соседями территории. Блященко прихва-

тили не только туалет, но и выгребную яму, четыре дорожные

трехметровые бетонные плиты, пять кустов черной смородины.

Блященко стояли рядом с Захаровым и нахально скалили свои зу-

бы, радуясь новому обороту дел. Что делать? Бить морды сыновь-

ям? Спиливать столбы? Война?

Нет, Захаров поступил иначе. С одним из рабочих он ещё раз

перемерил границы своего участка. Убедившись в своей правоте, он поехал в районный центр подавать заявление в Берёзовское от-

деление милиции. Заявление принимать никто не хотел. Перспек-

тива для милиционеров представлялась не радужной, весьма и

весьма туманной. Таких жалоб на соседский произвол накопилось

много и случай этот был не единичным в садоводческом товарище-

стве "Доброта". Слишком многие теперь россияне, особенно мили-

ционеры, стали жить не по закону, а по понятиям. Однако и здесь

Захаров применил все свои знания, опыт и настойчивость. Он не

только подал заявление, но и сумел попасть на прием к начальнику

ГРОВД, который поначалу весьма прохладно встретил скандально-

го полковника, жаловавшегося на бездельников в дежурной части,

на милиционера, дежурившего у входа в ГРОВД и не владевшего

никакой информацией.

На следующее утро мобильник Захарова известил о том, что

звонит участковый инспектор Березовского отделения милиции,

которому было поручено провести проверку всех фактов, изложен-

ных на одной странице текста.

– Вам надо за мной заехать и отвезти меня к себе на дачу. Я

там всё посмотрю и запротоколирую, а потом Вы меня отвезёте до-

мой. Понятно? – властно спросила молодая женщина, представив-

шаяся лейтенантом милиции Звонарёвой Ириной Алексеевной.

– Хорошо, хорошо. Я буду у Вас через час, - успокоил Алексей

Дмитриевич, выбежавший на кухню в одних трусах. У него был

разгар творческого процесса работы над монографией.

Сидя за компьютером, Алексей Дмитриевич создавал очеред-

ной научный фолиант, который обещал принести ему немного де-

нег, столь нужные для продолжения строительства дома.

Быстро побрившись и умывшись в только что построенной

ванной, Алексей Дмитриевич сел в машину и поехал в Берёзовку.

Лейтенант милиции Звонарёва Ирина Алексеевна оказалась

простой, порядочной женщиной, перегруженной на работе так, что

195

когда ехала в машине, чуть не уснула. Дорога была долгой, но бы-

строй. Минивэн Алексея Дмитриевича несся по шоссе с бешеной

скоростью. За каких-то 30 мин. было пройдено 64 км пути. На даче

было тихо и спокойно. Братья Блященко с матерью и её подругой –