юридическим образованием следователей в милиции процентов 15-

20. В основном – это выпускники высшей школы милиции и других

милицейских учебных заведений, где упал-отжался, лечь-встать и

другие команды изучают несколько лет на таком же уровне, что и

остальные предметы.

На частых междусобойчиках сами следователи не раз расска-

зывали истории о том, из чего складываются оценки на экзаменах.

Подход – пять, доклад – два, отход – пять. Итоговая оценка – хо-

рошо.

Монзикову дали большой 12-метровый кабинет, где стояло 4

стола, 4 сейфа-холодильника и 8 металлических стульев. На каж-

дом столе стояли местные телефоны, позволявшие связаться с де-

журной частью отделения и был один городской телефон с длин-

74

ным шнуром. Черный, образца конца 40-ых годов, телефон в ос-

новном работал только на передачу, т.к. в кабинете все время сту-

чали пишущие машинки, постоянно шли допросы, все время кто-то

что-то делал, что-то говорил.

У двух стенок валялось немыслимое множество разных пред-

метов, которые именовались вещдоками17. Монзикова, дипломиро-

ванного юриста, посадили на уголовные дела особой сложности.

Он вел убийства, мошенничества, угоны и кражи автомототранс-

порта, изнасилования.

*****

Несостоявшаяся любовь

Монзиков оказался в окружении трех следователей: Ольги

Михайловны, старшего лейтенанта юстиции, которой было в ин-

тервале между 25 и 40, Нины Михайловны, капитана юстиции и

Динары Саидовны или как ее все называли Евдокии Сергеевны.

Нине и Даше было под 50, а может быть и более. Да и на Монзико-

ва они смотрели как-то по-особенному, по-матерински, что ли. А

вот Ляля Михайловна глаз положила сразу.

– Чайку не желаете? Вам сколько ложечек сахара? Четыре или

пять?

– С моими-то зубами только с сахаром и пить?! – без особого

энтузиазма ответил Монзиков.

– А Вы женаты? – не унималась Ляля Михайловна.

– Да, уж.

– А дети есть?

– У кого? У меня, что ли? – сразу не поняв, ответил Монзиков.

– А Вы - шутник, Александр Васильевич! Ха-ха, ха-ха-ха!

– А у Вас варенье или конфеты есть? – вдруг ни с того ни с

сего спросил Монзиков.

– Конфеты? Какие конфеты? – Ляля Михайловна даже опеши-

ла от такого простого и в тоже время трудного вопроса.

– Шоколадные. Можно эти, ну… – Монзиков отчаянно защел-

кал пальцами, пытаясь вспомнить название.

– Белочка?

– О! Точно! Молодец, – и Монзиков широко улыбнулся, пока-

зав здоровенные пустоты в почти сплошных искусственных зубах.

17 Вещдоки - вещественные доказательства.

75

Даше надо было идти в детский садик, за внучкой, а Ниночка

просто торопилась домой. Обычно у женщин по пятницам всегда

бывают наполеоновские планы. Надо было закупить продуктов на

выходные, приготовить обед, постирать, погладить, убрать кварти-

ру, проверить уроки у детей… Короче, надо было, как всегда, за-

няться мелочевкой. Это у мужиков только глобальные и важные

семейные проблемы - землетрясения, цунами, война, пожар. А

женщины только и делают, что отдыхают. И когда усталый, слегка

подвыпивший, после сытного ужина муж ложится на диван с газе-

той в руках, чтобы посмотреть телевизор или перекинуться по те-

лефону какими-нибудь важными для всей страны (!) или даже че-

ловечества (!) новостями, то обязательно к нему начинает приста-

вать жена с нелепыми просьбами.

– Сходи в магазин! Купи картошки, хлеба,…

– Щас! Все брошу и побегу!? Тебе надо? Ты и иди!

– Ах ты, паразит, такой – эдакий! Я, понимаешь ли…

И так изо дня в день, из года в год.

У Монзикова тоже была семья. Тоже была среднестатистиче-

ская жена. И торопиться домой не было никакой причины. Более

того, Ляля Михайловна ему понравилась как только он ее впервые

увидел. У нее была миниатюрная фигурка, тоненький, очень прият-