— Амулеты! На фиг я их тебе давал? — прорычал я, выбрасывая в сторону руку и активируя один из них. Мощный энергетический удар отбросил назад сразу пять оживших мертвецов. Вокруг меня начали полыхать разряды, а я вернулся к прерванному заклинанию.

— Босс, боезапас иссяк! — прокричал Шрам через несколько минут. Вокруг валялись груды разорванных тел, но за ними угадывались еще — нас окружали плотной стеной.

— Держи мой! — Я быстро скинул свой запас. — Ожерелье оставь напоследок и не применяй, не предупредив меня, а то нас же накроет! Я уже почти готов.

Я не стал дожидаться момента, когда Шрам использует все амулеты, и как только заклинание было готово, выдернул нас с этого проклятого поля.

Мы ввалились в нашу башню и рухнули на пол. Было очень хреново — хуже, чем в первый раз. Видимо, последствия второго прыжка подряд. Я долго лежал, пытаясь унять жуткую головную боль и тошноту, стремясь собрать хоть немного сил, чтобы помочь товарищу, которому наверняка хуже, чем мне. Я кое-как поднялся на колени и мутным взглядом осмотрел валяющегося рядом Шрама. Он был без сознания — тоже неплохо. Иначе ему было бы намного хуже, а так хоть отлежится. Я положил ему руки на голову — одну на лоб, а вторую на затылок — и влил в него порцию живительной энергии. После этого Шрам задышал ровнее, а я вновь рухнул на пол — два прыжка и два исцеления вымотали меня до предела.

Когда я очнулся, Шрам еще спал. Судя по солнцу, которое светило прямо в окно башни, прошло часов шесть с тех пор, как мы сюда ввалились. Сон немного восстановил мои силы, но до нормального состояния было еще очень далеко. Я встал и подошел к Шраму. Дыхание ровное, и состояние опасений не вызывало. Я вновь провел обряд исцеления и пошел искать кого-нибудь из слуг. Мне пришло в голову, что следовало вообще оставить в башне постового — как раз на случай, если вывалившийся из портала не имеет возможности доползти до двери.

Я наткнулся на охранника прямо у дверей башни. Он выпучился, будто увидел меня впервые, судорожно поздоровался и попросил разрешения доложить о моем прибытии.

— Так-так... — Нехорошее подозрение, зародившееся от вида округлившихся глаз охранника, мигом окрепло. — И сколько времени нас не было?

— Десять дней, господин! Вы не предупреждали о своем отбытии, и господин Салкам очень обеспокоился. Вас и господина Шрама видели, когда вы шли по направлению к башне, из которой вы уходите. Господин Салкам велел дежурить у дверей, ожидая вашего прибытия, и все время держать наготове еду, медикаменты и горячую ванну.

— Какой предусмотрительный! Доложи, что мы прибыли. Пусть пришлют пару человек — Шрама надо отволочь в его покои и уложить спать.

Охранник испарился, и уже через несколько минут по лестнице бодро затопали слуги. Шрама бережно подхватили и понесли. Нести по крутой каменной винтовой лестнице человека — занятие более чем сомнительное, а если учесть, что несомый субъект весил за сто двадцать и сам с трудом иногда протискивался в этих коридорах... Я посмотрел на мучения несчастных слуг и дал отбой этому представлению. Мне пришлось просто взвалить Шрама себе на плечо и самостоятельно дотащить его до постели. Крепость Моравол не отличалась шириной коридоров.

Уложив Шрама в постель, я еще раз проверил его состояние и наконец отправился вниз. Мысль о горячей ванне и готовом обеде буквально несла меня вперед. Я долго отмокал, а затем усердно набивал живот. Отъевшись, с грустью вспомнил о большом количестве ступенек, которое мне предстояло преодолеть, чтобы добраться до своей собственной спальни. Но эксперимент с переносом тела мы сегодня уже проводили, и результат меня не порадовал, так что пришлось отправиться в это далекое путешествие самостоятельно. От всех расспросов я открестился, пообещав все всем рассказать, но только когда высплюсь. С этими словами я отправился в восхождение по лестнице, а затем в турне по коридорам, в финале которого меня встретила подготовленная кровать, на которой я и уснул с чувством выполненного долга.

Проснулся я с болью во всем теле — это мы тоже уже проходили. С кряхтеньем поднялся и осмотрелся. На улице опять был день. Похоже, что я дрых больше суток. Умылся и спустился вниз.

В каминном зале я застал Оокотона, который сразу же попытался накинуться на меня с расспросами.

— Погоди! Я сейчас сам кого хочешь растерзаю! И съем! Помнишь, как тебя трясло после прыжка? Так вот, нам со Шрамом было намного хуже! Ты скажи, он уже вставал?

— Нет.

— Ясно. Пойду гляну, как у него дела.

Шрам просто спал. Беглый осмотр показал, что он уже в полном порядке. Я, недолго мучаясь сомнениями, легонько похлопал его по щекам:

— Давай вставай. Хватит дрыхнуть! Голова болеть будет! — Последние слова я сказал уже проснувшемуся Шраму.

— Она у меня и так раскалывается! — хмуро проговорил он и встал с кровати. — Мы дома?

— Нет, в гостях у зомби! Они были столь любезны, что позволили нам поспать и умыться напоследок... Перед тем как нас торжественно съедят. — Я глянул на перекосившееся лицо Шрама и хмыкнул. Он явно понял, что я шучу, но был отнюдь не в восторге от таких шуточек. — Приходи в себя и спускайся вниз, только побыстрее, иначе я все там съем!