«Сегодня в Палме облачно, температура двадцать четыре градуса. Желаем вам хорошего отдыха на Майорке. Надеемся, что полет был приятным. Командир экипажа Стюарт и вся команда будем рады видеть вас снова на борту нашего воздушного лайнера».

Получение багажа заняло почти столько же времени, что и весь полет, или мне это только показалось? Когда я вскочила в такси и дала шоферу бумажку с адресом виллы, я чувствовала себя как овца, которую ведут на заклание. С одной стороны, я не могла дождаться, когда приеду на виллу, а с другой – ужасно боялась увидеть Макса и хотела, чтобы поездка длилась вечно.

Вилла располагалась в нескольких улицах над океаном, с видом на залив. В любую минуту я могла увидеть Макса. В любую минуту. Дверь открылась, и появилась мама Натали.

Я сразу узнала ее: слегка потрепанная версия той же шикарной молодой дамы. Она выглядела очень неплохо в обтягивающих джинсах, мокасинах и кремовой блузке, открывавшей несколько жилистую шею. Потрясающие ноги, нельзя не признать. Все такая же платиновая блондинка. Волосы убраны с лица – их держали поднятые наверх очки от Гуччи. Ни одной морщинки на лбу. Когда она говорила, я слышала позвякивание льда в стакане с виски.

– Здравствуй, дорогая, – поцеловала она меня. – Ты прекрасно выглядишь, хотя, конечно, уже не та тоненькая девочка.

– Это естественно, – сказала я. – Ведь прошло десять лет.

– Правда? Так много? О! – театрально простонала она. – Я чувствую себя антикварной вещью.

– Какая красивая у вас вилла, – сказала я, оглядываясь вокруг в поисках других представителей животного мира.

– Макс и Натали пошли погулять. Они скоро вернутся. Я покажу тебе твою комнату. Тебе не нужно воспользоваться удобствами?

– Извините, я не поняла?

– Тебе не нужно в туалет?

– А, спасибо, миссис Браун. Я сходила в самолете.

Мне показалось, что мне снова четырнадцать лет, и я осталась ночевать у Натали.

– Ты не должна называть меня миссис Браун. Я уже сто лет не миссис Браун. Теперь я миссис Мюттер, а перед этим была некоторое время миссис Де Саумарез, но ты лучше называй меня Дон.

Она вела меня по коридору с белыми крашеными стенами и дубовой резьбой.

– Вот твоя комната. Скажи мне, если тебе понадобится еще одеяло, здесь бывает довольно прохладно по ночам. Конечно, не так, как в Англии. Я не понимаю, как можно жить в Англии! Честно, не понимаю. Ванная напротив. Бассейн в саду, он круглый год подогревается. Мы с Томасом спим в том конце, так что, надеюсь, тебе не помешает его храп. А Макс и Натали рядом с тобой. Я поместила их сюда, потому что здесь настоящая старинная кровать с четырьмя столбиками.

– А чем занимается ваш муж? – спросила я, чтобы не слушать больше про кровать, на которой спят Натали и Макс.

– О, у него какая-то собственность, – раздраженно ответила она, как будто говорила о неприятном хобби. – Собственность. Проклятые немцы! Они захватили весь остров. Я, наверное, была не в себе, когда выходила за него замуж. Выпьешь кофе? Мы могли бы устроиться на террасе.

Солнце начало пригревать сквозь облака, и бирюзовые волны океана засверкали на горизонте. Я, как могла, грациозно устроилась в шезлонге и наблюдала за белыми парусами, плывущими вдалеке. Дыши глубже. Вдох – выдох. Все будет хорошо.

– Значит, ты собираешься взять у Натали интервью? – спросила Дон, ставя передо мной чашку. – Это теперь твоя работа?

– Нет. Вообще-то я фотограф.

– Правда? Надо же! Хотя я припоминаю, ты ведь всегда любила снимать. Я должна показать тебе мои фотографии. Это когда я работала моделью. Тебе будет очень интересно.

– Конечно. Я с удовольствием посмотрю их.

– Я работала для Диора. И для Мэри Квант. Я все еще иногда снимаюсь, просто чтобы не отставать от жизни, ты понимаешь.

– М-да. Вкусный кофе.

– Ты читала эту статью в газете, о Ричарде?

– Да, читала.

– Ужасно, правда? Бедная Натали вне себя. К счастью, репортеры не последовали за ней сюда. Она такая умница! Зарегистрировалась в отеле в Палме, и они думают, что она еще там. Ни у кого из них не хватило мозгов, чтобы сообразить, что она остановилась у мамы.

– Это очень хорошо.

– Конечно, я всегда знала, что он «голубой».

Я чуть не выплюнула кофе на столик.

– Правда?

– Ну да. В нашем модельном бизнесе их полно. Я могу учуять «голубого» за милю.

– А я ничего не подозревала, – сказала я.

– А ты тоже его знала? – Видимо, ей было удобно забыть, что ее драгоценная доченька отбила у меня Ричарда. – Ну, ты была слишком неопытной. Я говорила ей, что все это кончится слезами, но она не слушала. Вышла за него замуж, несмотря ни на что. Помешалась на этой грин-карте.

– Как?! Вы хотите сказать, Натали знала, что он «голубой», когда выходила за него замуж?