Молодой человек тяжело вздохнул и закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на чтении рукописи.

Две недели Асад собирал деньги, которые в качестве оплаты за его труды оставляли феллахи, так как считал, что не вправе воспользоваться тем серебром, которое привёз жрец.

И вот теперь он стоял в новом тёмно-синем дорогом халате и белой чалме, придирчиво рассматривая своё отражение в бронзовом зеркале. Халат, подпоясанный белым кушаком, плотно облегал его стройную фигуру.

Молодой человек остался доволен, и вышел из пещеры по направлению к городу. Ранее он разузнал, в какие дни и часы Анадиль со служанками приходит на рынок за покупками, и сегодня надеялся на «случайную» встречу.

Солнце ещё невысоко поднялось над низкими горами, и на базаре не ощущалось удушливой жары.

Асад медленно прохаживался между многочисленными крытыми лотками с фруктами, овощами, специями, лепёшками, горшками с цветами и садовыми инструментами. Его взгляд следил за прибывающими покупателями. Наконец его терпение было вознаграждено.

Анадиль, весело смеясь и болтая со своими служанками, вошла на рыночную площадь со стороны широкой улицы, ведущей к центру города.

В этот день на ней был шёлковый халат фисташкового цвета, надетый на галабею оттенка спелой хурмы, хиджаб в тон халата, подчёркивал лёгкую смуглость её привлекательного лица. Девушки остановились возле лотка и стали выбирать персики и виноград.

Асад подошёл как можно ближе и, не отрывая взгляда, с восхищением смотрел на прекрасную незнакомку. Его пристальный взгляд не остался незамеченным, и одна из служанок тихонько потянула госпожу за рукав. Анадиль обернулась. Тёмные бархатистые глаза с любопытством вопросительно посмотрели на молодого человека.

Асад набрался храбрости:

– Прекрасная госпожа! Да ниспошлёт Аллах свою милость вам и всей вашей семье! Могу ли я, недостойный, обратиться к вам с вопросом?

– Ну что ж, – девушка весело улыбнулась, и в её глазах мелькнули озорные искорки – спрашивайте, раз начали!

– Могу ли я узнать имя госпожи? Да не увянет её красота, подобная красоте весеннего утра.

– Меня зовут Анадиль. Я дочь Гази Жаббара ибн-Фарида, младшего визиря, да продлит Аллах его дни. Вы так интересно говорите. Вы наверно образованный человек? – её глаза продолжали смеяться, с дерзостью и кокетством рассматривая лицо, халат и чалму молодого мужчины.

– Уважаемая госпожа! Моё имя Асад Рашид ибн-Нур. Я изучаю науки в пещере недалеко от города, в горах.

– А, так вы учёный-отшельник, Асад? Мне казалось, отшельники не интересуются ничем мирским. Что вы делаете здесь, на базаре? – осведомилась она несколько высокомерным тоном.

– Несравненная госпожа! Я прихожу на этот рынок покупать овощи и фрукты.

– Что-то я не вижу в ваших руках покупок, уважаемый Асад! – дочь младшего визиря изобразила на лице удивление и прыснула от смеха.

Асад чувствовал, что от волнения пот струится у него по спине. Он не привык разговаривать с девушками и не знал что ответить. Не мог же он сказать, что специально пришёл на базар, чтобы познакомиться с ней?

– Не смущайтесь, Асад! Приходите в дом моего отца, я думаю, он захочет пообщаться с учёным-отшельником. Может быть, даст вам работу. Ну, а теперь до свидания! Мои служанки уже выбрали фрукты, и я должна идти домой. Надеюсь скоро вас увидеть.

Она повернулась, расплатилась с торговцем и, не обращая внимания на Асада, смеясь и перешёптываясь со служанками, ушла.

Молодой человек стоял и не мог сдвинуться с места.

«Конечно, – размышлял он – она дочь младшего визиря, а я отшельник, и всё моё состояние – это единственный приличный халат. Она решила, что мне нужна работа. Я влюбился с первого взгляда, но в её глазах я не нашёл даже намёка на ответное чувство».

На следующий день Асад купил большую корзину с фруктами и пошёл в дом младшего визиря в надежде, что увидит Анадиль. Но его мечтам не суждено было сбыться.

Беседуя с Гази Жаббаром ибн-Фаридом, молодой человек понял, что это человек умный, хитрый и жадный и, конечно, его должен прельстить богатый калым.

На предложение младшего визиря занять должность секретаря Асад с надлежащим уважением ответил, что, к сожалению, вынужден срочно уехать на несколько недель в Каир, к родственникам, но по возвращении обязательно зайдёт к достопочтенному Гази продолжить разговор.

Асад решил изготовить золото.

В течение недели он перечитал все имеющиеся у него рукописи, свитки папируса и глиняные таблички на эту тему, но точного руководства к действию так и не нашёл.