И в ваших пионерских законах тоже сказано: пионер всегда должен говорить правду. А выполнение пионерских законов — святая обязанность каждого пионера!

Подошли к трамвайной остановке, и разговор сам по себе прекратился. Вскоре подошел трамвай, раскрылись двери, и люди начали входить в вагон. В числе последних вошли мать с отцом, а за ними Валли и Волли.

Девушка-кондуктор нажала сигнальную кнопку, и трамвай тронулся с места.

От резкого толчка отец не удержался и навалился на своего соседа.

— Прошу прощения!

Мужчина дружески улыбнулся и ответил:

— Ах, пустяки!

В центре города трамвай почти опустел, и наши друзья сели.

Волли подсел к отцу и зашептал:

— Зачем ты извинялся перед этим мужчиной?.. Ну, перед этим самым, которого ты нечаянно толкнул? Ведь ты не виноват — это трамвай дернул.

Отец прошептал в ответ:

— Дело не в том, виновен я или нет. Извиняться надо в любом случае, когда чем-нибудь побеспокоишь другого человека. Да и… в конце концов, я был тоже виноват. Ведь я же знал, что трамвай, трогаясь с места, обычно дергается. Нужно было заранее ухватиться за поручни.

Из окна вагона было видно, как мимо проплывали дома, тротуары с пешеходами, витрины магазинов. Интересно наблюдать все это. Все движется, а ты будто на месте стоишь.

Вот и остановка, где нашей семье нужно было сходить.

С передней площадки второго вагона с трудом спускалась пожилая женщина. В одной руке у нее был тяжелый чемодан, в другой корзина. А из вагона ей кто-то подавал еще и сумку для провизии.

Волли взглянул на отца. Заметит ли? Да, заметил и сразу же направился туда, где суетилась женщина со своими вещами, пытаясь весь свой багаж разом взвалить на плечи.

Волли поспешил вслед за отцом.

— Извините, может быть, вам помочь? — сказал отец.

— Я, право, не против того, если вы поможете перенести мой чемодан через дорогу, — улыбнувшись, сказала женщина.

Отец взял чемодан и корзину, а Волли досталась сумка.

Они перешли дорогу и поставили вещи на тротуар поближе к стене дома, чтобы те не мешали прохожим.

— Спасибо, большое спасибо вам, добрые люди, — благодарила женщина.

Отец собрался было уходить, но остановился и спросил:

— Вас кто-нибудь встречает?

— Нет! Никто не встречает… — вздохнула женщина. — Может быть, такси достану.

— Вам далеко? Мы поможем донести, — выступил вперед Волли.

— Спасибо, мальчик. Как-нибудь сама управлюсь. Гляди, мама и сестренка ждут тебя…

— Ну, что вы, тетя! Мы поможем. Ведь правда, папа? — воскликнул Волли.

— Разумеется. Если нам разрешат, конечно, — поддержал отец.

— Ну, что с вами поделаешь, — развела руками женщина. — Да это не так уж далеко. Тут сразу за углом, дом номер двадцать.

Отец с сыном подхватили вещи и пошли следом за женщиной. Отец с чемоданом и корзиной зашагал рядом с ней, а Волли с сумкой за ними.

Через несколько минут подошли к дому номер двадцать. Женщина поблагодарила отца и достала из сумки два огромных яблока.

— Вот это яблоко тебе, добрый мальчик, а другое отдай сестре.

— Спасибо, — поблагодарил Волли и побежал догонять отца.

Дом тетушки Малле находился в противоположной стороне от трамвайной остановки. Поэтому пришлось возвращаться назад. Примерно на полпути им встретились мама и Валли.

Отец строго посмотрел на дочь и спросил:

— А почему ты, Валли, не взялась помочь пожилому человеку?

Валли отвела взгляд в сторону и смущенно пробормотала:

— Втроем нечего было делать… Да и… мама ведь тоже ничего не сказала.

— Вот те раз! — удивился отец. — Значит, по-твоему, помочь кому-нибудь можно только с подсказки матери? Ну, здесь; доченька, ты совсем не права! Совесть должна подсказать тебе. И сваливать вину на маму вовсе некрасиво. Быть может, она намеренно не сказала. Хотела убедиться, как поступит ее дочь. А я так думаю, что тетушкина корзина как раз пришлась бы тебе под силу.

Тут Волли протянул яблоко сестренке и сказал:

— На, возьми. Та женщина велела тебе передать…

— Вот видишь, — продолжал отец. — Эта тетушка подумала о тебе, а ты о ней нет.

Валли нахмурилась и шла потупив глаза.

Потом повернулась и сказала:

— Ты не думай, папа, я ведь тоже помогаю другим… Улицу перейти… или донести что-нибудь…

— Вот и будь всегда такой! — сказал отец и добавил уже более мягким голосом: — А теперь прибавим шагу! Время уже без пяти шесть.