— А ночью к тебе односельчане заглянут, — Темьен, притулившийся в тени башни, отложил куртку, с которой возился последние полтайса, — выразят, так сказать, благодарность за долгую и тяжелую службу. Вилами выразят, и топорами.

— Да уж, — Ллойд покосился на Варса, — некоторым если и уходить то не в Горелую даже, а сразу в Дарсию. Или к горцам.

— Горцы особенно Жаку обрадуются, — Сэм и часа прожить не мог, чтобы не сказать какую гадость, — такой запас мяса на голодную зиму!

— В разбойники точно идти не стоит, — отсмеявшись, Шенк снова вернулся к планам на будущее, — Новый барон прямо же сказал, что их в первую очередь истреблять будет. Нещадно.

— Он и своих не особо–то жалеет, — нахмурился Жак, — как он с Мышом–то. Раз — и вспыхнул, словно факел!

— Мыш его убить пытался, — пожал плечами Ллойд.

— Дык, у Мыша же повод был, — протянул Жак, — а тут ведь и не похоронить–то по–человечески.

— Когда храм горел, не ты ли Толстяк первым побежал добро–то тащить? — Темьен глянул искоса.

— Вот и подойти всем вместе, объяснить, что не по–людски это — своих жечь! — Варс все гнул свою линию.

— Ты, десятник, пойди–ка в речке искупайся, остудись, — Карстен поглядел недовольно, — или между башнями прогуляйся. Да голову поднять не забудь, полюбоваться, прежде чем такие идеи высказывать.

— Да этого барона вообще в замке нет! А вот вернется к запертым воротам — иначе заговорит!

— Воротную башню эти, пришлые держат, — Ллойд никогда не любил буйного десятника, — да и я трижды бы подумал, прежде чем связываться с человеком, который стрелы на лету ловит.

— Да не бреши!

— Лично видел, — подтвердил из своего угла Темьен, — сначала старик развернулся и стрелу словно из воздуха выхватил, а уж потом Мыш вспыхнул.

— А что вы все куда–то бежать собрались? — посмотрел на товарищей Шенк, — барон бароном, а служба службой. Взятки брать нельзя? Так кто узнает–то? Ну, перетерпим по первой–то, а там, глядишь, седой и успокоится. А что до девок — так и сейчас в трактир меньше чем десятком не выйдешь. Я уже и не говорю про то, чтобы с молодкой просто так словом перекинуться.

— Деньги обещают опять же, — кивнул Ллойд, — а в деревне–то сейчас — гнилое дело, точно говорю.

— Надбавки… — протянул вечно безденежный Сэм, — тебе вот Ллойд хорошо — ты грамоту разумеешь, тебе сразу больше дадут.

— Ну и ты выучись, кто мешает–то? — пожал плечами мечник, — да и не только про грамоту ведь речь шла. Интересно, а горский за иностранный язык считаться будет?

— Ага, жди! Горский даже я понимаю! — вот скажи, Карстен, если я ложки строгать умею — накинут мне за это пару монет, а?

— А что ты у меня–то спрашиваешь?

— Дык, ты умный. У этих, новых, разве спросишь? Они ж после этой ночи сразу за стрелялки свои хватаются.

— Канстеры это называется, — влез Темьен, — у меня дядька в Темных Баронствах когда служил такие видел. Да и какой смысл? Эти–то наемники все. С кем–нибудь из слуг бы поговорить. Узнали бы, что это за старик, чего ждать. А то прав Толстяк, боязно как–то.

— Вон идет, — Занр спрятался за зубец и снова принялся точить нож.

— А ничего так чернявая, — оценил Ульрик, — а глазищи–то какие!

— Эй, девка, а ну–ка иди сюда! — приказал Шенк.

Служанка, остановившись, смерила стоящего на крыше бойца взглядом, а затем взмахнула рукой. Жак только и успел, что откатиться в сторону, прикрыв голову. Карстен, сидящий поодаль, заметил, что огненный шар ударил в зубец стены, так что Шенку еще повезло. Катающийся по земле боец явно был не согласен с такой оценкой событий.

— Она не служанка, кстати, — невозмутимо заметил Ллойд, даже не пытаясь помочь товарищу, — она магесса. Ученица нашего барона.

— Ты раньше не мог сказать, ублюдок? — зыркнул на него Варс, — Шенк, прекрати выть! Дай хоть глянуть, что там у тебя. Не скули, ничего там страшного.

— Поссать надо, оно само все и пройдет. Меня бабка учила.

— Да пошел ты! — Шенк явно решил, что Сэм издевается.

Ожог действительно выглядел не так уж страшно. Боец, сыпля ругательствами, полез вниз. Что ж, у тех слуг, что попадутся ему на пути, сегодня будет неудачный день.

— Слушай, Темьен, а почему ты барона стариком называешь? — вдруг спросил Карстен.

— Наемники его так между собой зовут, — пожал плечами парень, и вдруг встрепенулся: — ты что, думаешь…

— Да ну, глупости! — Ульрик тоже понял, куда клонит командир, — тот Старик маг и демон. Он огромный, с черными глазами и вот такими клыками! Я сам слышал от того менестреля… ну, которого.

Боец замялся и умолк. Да, с менестрелями тогда получилось забавно. У Жака до сих пор от воспоминаний начинало ныть в паху.

— Дурак ты, Ульк. Не демон, а охотник на демонов! — Темьен накинул заштопанную куртку, — хотя все равно не похож. Видел я как–то одного в Доуже — весь из себя амулетами обвешан, а уж важный такой, что и не пердни в его присутствии!