Олег подчинился. Увидев инструмент, женщина присвистнула.

– Что такое? – спросил Белолобов.

– «Блэк Даймонд»! Хорошо живете.

– Не знаю, в клубе посоветовали.

– Хороший совет.

– Так, молодежь! – прикрикнул суперинструктор. – В смысле новички. При ходьбе в кошках необходима плотная постановка ноги на поверхность. Не на пятку! Не на носок! Не на рант! Поднимать и опускать ногу, не цепляя лед, ботинок ставить плотно, сразу на все зубья кошки! Так, страховка?

– Готова! – с радостью отчиталась Олеся.

Отправились в путь.

– Хороший лед! – крикнул Родион.

– Сплюнь! – тут же ответил Шуленин.

– Шагаю, как «Робот-полицейский»! – крикнул Антон.

– Лед не является естественным видом рельефа в повседневной жизни людей, поэтому хождение по нему вызывает затруднения и требует особого чувства равновесия, – с мудрым спокойствием пояснил Степанович.

Минут пять пыхтели, поднимаясь.

– Трещина! – крикнул Игорь.

– Стоп! – скомандовал инструктор.

Подошел поближе, посмотрел.

– Отлично! Будем прыгать. Хотели же тренировку?

– Ура! – протянул Иван. – А то я думал, за километр каждую станем обходить.

– Сейчас вниз отправлю!

– Молчу.

Первыми препятствие образцово-показательно преодолели Родион с Иваном. Бородач, распластавшись в воздухе, хотя для этого не имелось никакой необходимости, пролетел намного дальше нужного – мол, и трещина гораздо большей ширины, в случае чего, нипочем, воткнул ледоруб в лед, плюхнулся на живот. То же самое проделал Седоков.

– Хоть что-то знакомое, – буркнул Бобчев.

В кошках разбежаться было невозможно, но он умудрился сделать два шага перед прыжком, и пролетел еще дальше пары «блондин-брюнет».

– Вау! – закричали все хором и захлопали.

Тошка поклонился. Олег, прыгая через трещину, посмотрел мельком на ее глубину – всего метра два. Сначала внутренне возмутился, но быстро остыл. Тренер на то и тренер – учить! Хотя и не ожидал тут второго Юкшина встретить. Протопали еще чуть-чуть.

– У меня ноги скользят! – крикнул Витька.

– Это у тебя ледяная крошка меж зубьев забилась, – пояснила «бамбина». – Садись, очищу.

Глядя, как она ножом выковыривает помеху с подошв соперника, Родион отвернулся и произнес в сторону инструктора:

– Я бы в ту морену, – показал он на ближайшее скально-ледяное возвышение, – пару ледобуров ввинтил и навесил перила. Когда обратно пойдем, легче будет.

– Хорошая мысль, – неожиданно согласился Шуленин, – но склон пологий, и так пройдем. Жалко время тратить – смотри, москвичи опять лицом позеленели.

– Москвичи, москвичи! – закряхтел Бобчинский. – Как будто у самого голова не трещит.

– Трещит, – кивнул Федор Степанович. – Парциальное давление кислорода уменьшается, и внутреннее давление пытается сравняться с внешним. Этого закона физики в горах никто не отменял. Но ты лучше смотри по сторонам, любуйся красотой и не отвлекайся на «горняшку». Это ты на Эверест не ходил. Там даже воздух вонючий.

– Чем воняет? – поинтересовалась Олеся.

– Непонятно. Воняет – и все. Разлагаться там нечему – выше минус двадцати в любое время года не бывает. Трупы, например, замораживаются, а под солнцем высыхают, как мумии.

– Как это – трупы? – удивился Виктор. – Никто не забирает, или даже не хоронит на месте?

– А зачем? Тут сам еле спускаешься, а еще и тащить с собой кого… А трупов – да, много. Считается, там гибнет каждый третий.

– Да ну! – не выдержал и Олег. – Все вот так и разбиваются?

– Ни в коем случае. Идут только профессионалы, для них срыв – редкость. Сердечные приступы в основном, или отек легких. Мы когда поднимались, на восьми тысячах палатки установили для последнего рывка – и тут такая буря… Пришлось в базовый лагерь возвращаться. Неделю переждали – и опять подъем. Смотрим – наши палатки ветром унесло к бесам. А чья-то чужая – стоит. Ну, думаем – кто-то сверху решил нам помочь. Фигушки. Это труп португальца в палатке днище своим телом прижал, потому ее и не сдуло. Так и спали в обнимку с ним – а что делать?

– Жуть! – Марину передернуло.

– Поэтому, – продолжил Шуленин, – если, Бобчев, тяжело – отправляйся вниз.

– Ага, сейчас! Ради этого такой путь проделал! – прорычал Тошка и попер вперед, потащив за собой Игоря.

– Эй-эй! – крикнул тот. – Ты куда – успеем!

Пошли дальше. В лицо ударило снежной пылью.

– Что это? – спросил Белолобов.

– Ветерок поднялся – а ты как хотел? – улыбнулся Родион.

– Тихххо!!! – зарычал Федор Степанович и принялся всматриваться вдаль.