— Как это, не нужно? — растерялся он. — Это не для вас. Для Джимми.

Пани Шпеер оглянулась по сторонам.

— Нам уже помогли, — прошептала она. — Вчера. Счет открыли... Мир не без добрых людей. Одним словом, деньги есть. Джимми отвезут в реабилитационный центр еще до Рождества.

— О-о, — потрясенно сказал Гарри. — Это здорово! Я уже черт знает что начал выдумывать, кредит или еще что-то...

Говорить, что он собрался писать письмо Шпееру с уговорами взять гонорар за третью книгу или запрос на новый тираж «Фиддла», не хотелось.

— Нет-нет, — Барбара погладила его по плечу. — Слава богу, все решилось. Может, зайдете все-таки? Холодно здесь стоять.

— В другой раз, — вздохнул Гарри. — Когда Джимми спать не будет. Все равно, пусть эти деньги вам останутся. Пожалуйста, — попросил он, впихивая в руку Барбары пакет. — Там еще игрушка... Музыкальная. И конфеты.

— Боже ты мой, — пробормотала женщина. — Спасибо, милый.

— Пани Шпеер... — Гарри проглотил комок в горле. — Я хотел вас спросить... Ваш старший сын...

— Адам умер, — сухо сказала Барбара. — А что?

Гарри слегка удивился: Шпеериха произнесла имя с ударением на последнем слоге.

— Понимаете, у нас в издательстве... Я видел пару страниц третьей книги Райнера Шпеера, ну, или того, кто там за него пишет, — торопливо сказал он, замечая, как на лицо хозяйки находит хмурая туча. — Там был портрет. Копия Джимми, только старше. По-моему, эта книга о вашем сыне.

— Господи, — привалилась к стене пани Шпеер. — Этого не хватало!

— Почему? — изумился директор. — Разве плохо, если про человека книгу написали?

— Черт бы побрал Райнера! — гневно крикнула Барбара. — Как он позволил! Что про Адама можно писать? Что бог его за грехи наказал?

— Может, это не о нем вовсе, — взволновался Гарри. — У вас есть его фотография?

Через минуту директор Поттер стоял в освещенном проеме двери, разглядывая снимок молодого человека с мечтательными светло-карими глазами.

— Это он, — прошептал Гарри. — Из-за чего Адам... умер?

Пани Шпеер посмотрела на него долгим застывшим взглядом. Высокий лоб, обрамленный светлыми седеющими прядями, прорезала горькая морщина.

— Убили, — тихо сказала Барбара. — Если помните, в 2002 году... Ах нет, вы тогда ребенком были, — махнула рукой она. — Я в Кракове жила, только потом правду узнала, и то случайно... В общежитии для иностранных студентов был взрыв, море жертв, то ли теракт, то ли бог его знает... Адам был в здании, но не пострадал, выбежал во двор, девушку какую-то вынес, — пани Шпеер вдруг часто заморгала. — А там какие-то подонки стояли, на камеру загоревшееся здание снимали. Не журналисты, нет, — объяснила она стоящему с открытым ртом директору. — Адам бросился к ним, мол, помогите, не стойте, как вы можете снимать, когда люди под обломками умирают... Дурак благородный, — всхлипнула она. — Они его ногами били, пока дышать перестал. И на камеру сняли. Его друг... видел эту запись, — она прислонилась плечом к дверному косяку и закрыла глаза.

Гарри внезапно бросился к пани Шпеер и обнял, как не обнимал родную тетку. Положив голову ему на плечо, Барбара беззвучно плакала.

Слова утешения казались бесполезными и жалкими.

Обнявшись, они молча стояли на пороге темного дома. На кусты бересклета цвета запекшейся крови тихо падал снег.

* * *

Неверующий Гарри Джеймс Поттер торопливо осенил себя крестным знамением, глотнул на прощанье немного воздуха и, помедлив, нажал на дверной звонок девятой квартиры.

В ответ красноречиво отозвалась тишина.

Гарри нажал еще раз и другой, но в апартаментах господина редактора было тихо.

«Не наврал консьерж, — с досадой подумал директор. — Никого!»

Он бросил взгляд на большие настенные часы в полумраке коридора — стрелки перевалили за полночь.

На поникшие плечи Г. Дж. свинцом навалилась усталость. Заготовленная оправдательная речь, достойная пламенного адвоката, тихо испарялась из головы измученного директора Поттера.

Погружаясь в серое марево безысходности, Гарри прислонился спиной к запертой двери, устало сполз вниз и остался сидеть, бессмысленно разглядывая стройные ряды медных канделябров, мелкие трещины в стене и паукообразные разводы на гранитной плитке под ногами.

Огоньки электрических свечей слились в длинную желтую полосу фонарей бесконечного туннеля и медленно померкли.

Директор знаменитого издательского дома «Хог», предприниматель и бизнесмен, заснул мертвецким сном под дверью чужой квартиры, привалившись растрепанной головой к дверному косяку.

* * *

— Scheiße, nur das nicht!*— произнес Голос.

— Северус, — Гарри махнул рукой тающей во мраке туннеля фигуре тамплиера в белом плаще.

Что-то коснулось его плеча.