На лице Риддла не отразилось ровным счетом никаких эмоций. Тут же прозвучал следующий вопрос:

— Как вы смотрите на превращение вашего издательства из орудия лейбористов в орудие консерваторов?

«Сплю и вижу».

— Более чем положительно, — пробормотал Гарри, изо всех сил пытаясь понять тактику собеседника.

— Почему? Вы не член какой-либо партии, насколько мне известно.

«Говори собеседнику то, что он хочет услышать», — невесть откуда вспомнил Гарри.

— Я прежде всего бизнесмен, как я сказал, не самый удачливый, но и не неудачник, — ровным голосом произнес он, копируя спокойные интонации Северуса. — Если вы, мистер Риддл — не человек, а Партия, то я могу сказать, что я не человек, а Деньги. Деньгам все равно, какая у власти партия. Но деньги всегда будут у тех, кто умеет с ними обращаться и умножать капитал. Я не вижу у лейбористов будущего. Какой мне смысл с ними связываться?

«Йоу! Сожрал?»

— При каких обстоятельствах погибли ваши родители?

Гарри вытаращил глаза и приоткрыл рот.

— А это тут при чем?

— Отвечайте на вопрос.

— Я в точности не знаю, — растерялся Гарри. — Со слов моих родственников... Мне было три года, я ничего не помню. Наша семья жила в Литтл-Уингинге, на окраине. Ночью соседи услышали выстрелы, не сразу поняли, что это за звуки. Думали, петарды. И только на следующий день заметили, что Поттеров не видно. Вошли в дом, а там... Только я живой был.

Краем глаза он уловил движение Северуса, но побоялся отвести взгляд от внимательных, препарирующих глаз мистера Риддла.

— Убийцу или убийц нашли?

— Нет, сэр. Даже не поняли, за что их расстреляли. Родители были студентами колледжа. Они... погибли совсем молодыми.

— Искренне сочувствую, мистер Поттер. Являетесь ли вы кандидатом в ОВЛА?

«Черт бы тебя взял!» — Гарри уже понял акулью тактику: Риддл задавал вопросы, не связанные между собой, и делал это так быстро, что шансов солгать почти не оставалось.

«Я на экзамене. Я в школе на экзамене, — он попытался дышать ровно. — Мне просто нужна хорошая оценка».

— Э-э... Я потенциальный кандидат. Как бы я ни хотел ускорить процесс, это не от меня зависит. Аластор Муди... Я во всем на него положился. Пока что литературу читаю.

«Бл..., где «Пилигрим»? — пронеслось в его голове. — Северус, небось, выкинул».

— С какой целью вы намерены вступить в ложу?

— Ну... Во-первых, меня интересует духовное развитие. Но если быть до конца честным... Мне нравится быть рядом с сильными людьми. С теми, кто способен изменить настоящее и будущее. Я верю, что смогу внести свой вклад в полезные преобразования. Пусть даже я буду маленьким кирпичиком в пирамиде.

«И брошу маленький кирпичик Кое-Кому в голову».

Дальше вопросы понеслись с такой скоростью, что посторонние мысли напрочь улетучились из головы Г. Дж. Допросы Крауча и Скримджера в сравнении с бомбардировкой Риддла казались добрыми беседами у камелька.

— Считаете ли вы, что цель оправдывает средства?

— Смотря какая цель, сэр.

— Подразумевается благая. Будь вы врач, разрабатывающий вакцину от рака, пожертвуете ли вы жизнью ребенка, чтобы спасти миллион?

— М-м... Возможно.

— Пожертвуете ли вы жизнью сотни детей, чтобы спасти население планеты?

— Сотни? Боже. Э-э... Да, сэр. Думаю, это того стоит.

— Пожертвуете ли вы жизнью самого дорогого для вас человека, чтобы спасти население планеты?

— Нет. Никогда! Лучше я пожертвую своей.

— Хм... Судя по всему, такой человек существует.

— Нет, — испугался Гарри. — Это чисто теоретически. Для меня близкие люди — это святое.

— Остальных вам не жаль.

— Жаль, сэр. Но вы просили говорить правду. Я могу наговорить красивых слов, но не обещаю, что это будут честные слова. И, если быть совсем откровенным, я не знаю, как поведу себя на месте врача, смогу ли пойти на убийство хотя бы одного ради спасения многих. Я просто сказал, что верю, иногда цель оправдывает средства.

— Вы верите в бога?

— Нет. Во всяком случае, в доброго старика в облаках. Который только и думает, как бы человека наказать. Но я верю, что всё не просто так... Что-то есть над нами, какие-то высшие силы. Тот, кого называют Архитектором Вселенной. Может, когда-нибудь мы узнаем и поймем, но пока... Извините, сэр, для меня это самый сложный вопрос.

— Не только для вас, мистер Поттер. Вам нравятся книги Шпеера?

— Да. То есть, нет.

— Так да или нет?

— Мне нравится, как он пишет, но мне не нравятся последствия, которые повлекла за собой их публикация.

— Назовите человека, которого вы видите в роли директора «Хога», помимо вас.

— Северус. Северус Снейп.

— Когда вы в последний раз видели Сириуса Блэка?

— Эм-м... В сентябре. Он уехал в Шанхай и до сих пор не вернулся.

— Членом какого политического кружка был ваш отец?

— Мой отец? Он разве был членом какого-то... Первый раз слышу.

— Чем, по-вашему, привлекает людей Альбус Дамблдор?

— Не знаю. Он... сильная личность. Мне так показалось. Я его не знаю. Но на его похоронах был весь Лондон. Это о чем-то говорит.