— То есть вы полагаетесь на слова Северуса?

— Нет. То есть да. То есть, я имел в виду, что информацию Северуса отчасти подтвердил и другой человек, близкий к Ордену Феникса.

— Назовите его.

— Я не могу, сэр. Я обещал.

От волнения Гарри показалось, что карие глаза Риддла вспыхнули красным.

— Назовите.

Взгляд мэра ввинтился в мозг.

— Простите, но... Нет, я не могу ответить на этот вопрос.

— В таком случае, если Северус солгал...

— Джинни Уизли, — быстро сказал Гарри. — Но она член семьи, не ордена.

«Джинни сдал», — безучастно подумал он.

Вопросам, казалось, не будет конца и края. Гарри потерял счет времени. Будь он один на один с седовласым хищником, давно бы перестал понимать, что говорит, и попросту свалился на пол от усталости. Сиденье на стуле под прицелом сверлящих мозг зрачков Риддла превратилось в пытку. У Г. Дж. даже промелькнула мысль, что лучше бы добрый мэр прижег ему руку сигарой и отпустил восвояси, чем обстреливал вопросами. Гарри был уверен — не будь рядом невидимой руки Северуса, он бы попросту сошел с ума.

Мистер Риддл был так же свеж и бодр, как в первую минуту знакомства. Гарри даже показалось, мэр порозовел от удовольствия, будто в самом деле наслаждался процессом. Северус тоже не подавал признаков усталости — сидел в прежней позе, с виду непринужденной, спокойный, как море в штиль.

Проскакав еще по дюжине не связанных друг с другом вопросов, среди которых таился тот же, о причинах отказа копировать «Записки», Риддл вдруг ощутимо подобрел, на глазах превращаясь в того обаятельного мужчину, каким показался Гарри на первый взгляд.

— Мистер Поттер, — сказал он, разглядывая Г. Дж. с какой-то полуулыбкой. — Вы устали?

— Если честно, то... да, сэр. Но наш разговор тут ни при чем, — поспешно сказал он. — Просто я спал только пару часов.

— Благодарю вас за признание. В таком случае, не буду утомлять вас докучливыми расспросами, — он задумчиво помолчал и перевел взгляд на застывшего индейцем редактора. — Откровенно говоря, я приятно удивлен. Северус, ты недооценил своего юного друга.

— Лучше недооценить, чем переоценить, не так ли? — подал голос Северус. — Не стоит отравлять жизнь горечью разочарования.

— Быть может, быть может, дорогой Лорд Генри, — иронично сказал мэр, нацелив внимание на новую жертву. — А скажи мне, друг, — мягко начал он. — Как так получается, что твои слова расходятся с показаниями нашего очаровательного Дориана?

«Очаровательный Дориан» сердито сверкнул глазами.

— Возможно, — мурлыкнул злодей, и не подумав взволноваться. — Сколько людей, столько и взглядов на вещи. Не ошибаются только заговорщики, обдумавшие каждый ход. Но к вашим вопросам невозможно быть готовым, мистер Риддл, — любезно сказал он. — Не так к вопросам, как к манере их задавать.

Похоже, Северус неплохо знал слабости великого мэра. Риддл заулыбался довольным хищником. Сейчас он и в самом деле напоминал Шерхана. Наевшись мяса Г. Дж. Поттера, акула уплыла переваривать пищу, оставив на поле боя свой не менее опасный аватар.

— Итак, дорогой мой Северус, — мэр встал и обошел вокруг его стула мягким тигриным шагом. — Ты сказал мне, что осатанел от обыска и количества полицейских на квадратный метр редакции. Понимаю, процедура не из приятных, но как-то это на тебя не похоже. Ты упустил из виду, ЧТО при этом кричал и к кому рвался, — Риддл многозначительно улыбнулся.

Северус пожал плечами.

— А что мне было делать? — спокойным голосом сказал он. — Я подумал, что если Гарри заберет скорая, они грешным делом возьмут у него анализ и обнаружат в крови амфетамин. Хорошенькая реклама издательству!

«Й-ес!» — Гарри с трудом сдержался, чтобы не выдать себя: идея с таблетками казалась ему сомнительным выходом.

— Ах вот оно что, — Риддл задумчиво потер лоб. — Не знал, что вы там так своеобразно развлекаетесь. Ты настолько доверяешь своему юному другу, что готов принять из его рук любую отраву? Я тебя не узнаю, Северус.

— Почему же любую, — усмехнулся редактор. — Я знал, что брал. Это были мои снадобья.

— Понятно, — все так же задумчиво сказал мэр, разглядывая Северуса тем же внимательным взглядом. — Надеюсь, ты больше не принимал эту дрянь?

— Вчера вечером. И это было большой ошибкой. Эта мерзость имеет кумулятивный эффект, — редактор посмотрел на заклеенные пластырем пальцы и вздохнул. — Ну их к дьяволу.

— Ты никогда не увлекался, насколько я помню, — Риддл опять обошел вокруг его стула. — С чего бы это вдруг?