Ника прикусила язык. Да было поздно.

– Кто такой этот хренов Андрей, и в чём он был прав?

Неожиданная грубость Вадима была неприятной и резанула слух. Ника вздрогнула и отпрянула от него, а Вадим, схватившись за голову, тихо выругался, опустился к её ногам и виновато проговорил:

– Не смотри на меня так, я сам в ужасе. Ты мне нравишься так, что крышу сносит, вот и веду себя, как ревнивый засранец. Прости меня, ради бога! Обещаю, этого больше не повторится.

– Андрей – мой бывший парень, – тихо пояснила Ника. – Мы случайно встретились, когда я ужинала с Лизой. Он упрекнул меня, что я бываю высокомерной, и попал в точку.

Вадим окинул её собственническим взглядом, к его чести, здорово смягченным фирменной улыбкой.

– Знаешь, почему-то мысль, утащить тебя в пещеру с рыком "моя", сейчас кажется очень заманчивой!

– Не надо меня ни к кому ревновать и никуда тащить, – запротестовала Ника, скользнув в крепкие руки, потерлась щекой о его грудь, вдохнула запах и внезапно осознала, что ей, пожалуй, нравится его маленькая вспышка ревности. – Я здесь, с тобой... и ты знаешь, как я к тебе отношусь.

– Не знаю, котёнок! В том-то и дело, что не знаю! Ты ни разу не говорила. Хотя нет – вру. В прошлый понедельник ты весьма красноречиво смотрела на меня, как на насекомое, слов не требовалось.

– Опять издеваешься! – Ника стукнула его кулачком по спине и подняла голову, встречая смешливый взгляд.

– Ничуть! – губы коснулись её губ. – Ответь мне, пожалуйста, – голос дрогнул, срываясь на хрип. – Сейчас, спустя неделю, что ты чувствуешь?

"Скажи, что тебе с ним хорошо – универсально и ни к чему не обязывает" – пришло на выручку подсознание, но Ника, сторицей вернув Вадиму поцелуй, отстранилась от него и ответила, плавясь от огня в его глазах:

– Мою крышу снесло подчистую. Как ты и говорил – теряю волю. И знаешь, ни капли об этом не жалею.

Ну вот, теперь можно расслабиться. Ника глубоко вздохнула и уткнулась лбом в его подбородок. Куда уж откровеннее, разве что в любви не призналась, но если принять во внимание, как быстро тает её воля, не за горами и это.

– Замечательно! – чёрт её побери, если она не услышала замаскированного смехом облегченного выдоха. – Два повернутых друг на друге психа как-нибудь справятся с третьим. Уверен! – его палец привычно предупредил о последующем сладком поцелуе, который на некоторое время выбил их из реальности...

В этот раз всё было иначе. Вадим не мучил её, не доводил до исступления своими ласками, не наблюдал за её оргазмом с довольной улыбкой. Он набросился на неё, быстро сорвал одежду и подмял под себя, руководствуясь самыми древними желаниями: завладеть, заклеймить, присвоить. Раз за разом каждым толчком в её теле, каждым вздохом, каждым взглядом он успешно исполнял задуманное. Но, вопреки всему, именно сейчас, когда он ничего не давал ей, а только брал, она вдруг почувствовала: он полностью в её власти. Примитивная похоть в его глазах сошла на нет, когда Ника, опьяненная своим открытием, опрокинула его на спину, тут же оседлав бедра. Он выглядел ошеломленным, даже беспомощным, и покорно позволил ей взять контроль. И вот уже она терзает его тело, с упоением вслушиваясь в каждый стон, вызванный её лаской, изучает его, играет, запоминает, что ему нравится...

Ника опустилась к самом низу рельефного живота, лизнула родинку, двинулась еще ниже и, наконец добравшись до своей цели, потерлась лицом о горячий пропитанный её ароматом член. Вадим застонал, умоляя прекратить, и в то же время выгнулся навстречу. Ника откинула с лица волосы и, лизнув головку, взглянула прямо в одурманенные восторгом голубые глаза.

– И кто из нас противоречив? – она втянула член в рот, застонав от палитры ощущений, вызванных его вкусом, потом облизала по всей длине, слегка царапнула клыками и вновь взяла в рот, стараясь принять как можно больше этого пульсирующего совершенства.

Вадим выгнулся еще сильнее и запустил пальцы ей в волосы.

– Я сейчас кончу... – предупредил он, пытаясь мягко отвести её голову.

Ника не поддалась, нежно порхнула язычком по раздувшейся головке, а затем сильно всосала в себя, заставляя его с протяжным стоном излиться, ощущая, как сама почти кончает, разделяя его удовольствие.

Вадим опрокинул её на спину и, покрывая поцелуями лицо, потерся по-прежнему напряженным членом о её живот.

– Теперь я знаю, чего хочу,- мурлыкнула Ника, когда он выпустил её из плена своих губ.

– Я всё сделаю, – он смотрел на неё с благоговением и обещанием, заставляя тело пылать от предвкушения. – Ты только скажи мне...

– Тебя, Вадим, – шепнула Ника, распалившись так, что казалось, кончит от одного лишь поцелуя. – Всего и без остатка!

Его глаза сверкнули, а губы изогнулись в плотоядной улыбке...

– Мы на полу? – Ника понятия не имела, как долго продолжалось их прекрасное безумие, и что они делали всё это на полу в зале, стащив с дивана плед.

– На полу я, – усмехнулся Вадим, выводя пальцами на её спине замысловатые узоры. – А ты лежишь на мне!