Шрифт:
Губернатор вызвал к себе начальника охраны, верного и проверенного сослуживца, показал платежку и спросил:
— Судских работа?
— Сомневаюсь, не согласился тот. — Судских нынче в опале, а УСИ ликвидировали. Никто не знает даже, где скрывается Судских.
— Поищи. Найдешь — пусть на связь выйдет. Я тут ругнул его, он, наверное, обиделся, — честно признался губернатор.
Если милиция не может найти человека, значит, старательно ищет на освещенном пятачке. Начальник охраны губернатора искал Судских в другом месте. Созвонился с Лаптевым и передал просьбу хозяина. Через двадцать минут Гриша связался с Судских:
— Игорь Петрович, в Красноярск не хотите прогуляться?
— Причина? — насторожился Судских. Вопрос застал его врасплох, хотя втайне он желал этого. Как раз за губернатора его покарал Всевышний, отправил в прошлое без звания и пособия. Выходит, дьявольские штучки?
— Я понял, — отвечал Гриша, — он желает видеть вас у себя, а мне приглашение официальное.
— Можно поехать, — честно обрадовался такому завершению своей неустроенности Судских. — А ты, видать. в чести у больших людей? — улыбался он.
— Об этом не скажу, но губернатор желает вырваться из петли Березовского. Понимать стал, что страну спасут\ не бсрезовские, а буйновы. Обязан ему помочь.
«Дай-то Бог не на войне встретиться нам голика через два», — тоскливо подумал Судских, а вслух сказал:
— Не гони быстро. Гриша. Сам я пока в генерале не разобрался. В его идеологию здравого смысла верю, что Россию подымет, верю, но какой пеной, не знаю.
— А я знаю. Игорь Петрович, дорогой. Русскому мужику скажешь — бесплатно, не поверит, а пену заломишь, материться станет, по расплачиваться за беспечно прожитые годы будет. Как Сталин поступил? Рот залепил кляпом, кандалы на ноги навесил, но светлое будущее посулил. А нынешние вожди-штафирки сразу с вранья начали, их никто и не уважал в народе. Так что мы еше долго крепостными будем. И как бы па это ни ставил красноярский губернатор.
— Этим народ и пугают, Гриша. Знать его души не могу, но на свидание поеду.
— А где вы познакомились? — спросил Лаптев.
— В Приднестровье, - без особой охоты отвечал Судских.
— И?.. — не унимался Лаптев.
Судских ответил кратко настырному Лаптеву:
— УСИ тогда поручили разработку прекращения межнациональных конфликтов. Генерал провел операцию классно. а я получил первую генеральскую звездочку. В то время еще шарлатаны голову президенту не заморочили. Как бы у губернатора не одинаковая болезнь. Едем, Гриша.
— А я помню, — кивнул Лаптев. — Я вам тогда впервые втолковал теорию линейной зависимости. Слушайте, — сменил тему Григорий, — покойный Геннадий Глебович говорил, что вы — только не обижайтесь - во сне говорите.
— Бредил, наверное, - пробормотал Судских.
— Нет, не в бреду, — настаивал Лаптев. — Вы уже из транса вышли. Вам кто-нибудь говорил, что вы спите с открытыми глазами и во сне блуждаете?
Судских онемел. Здрасьте, он еше и лунатиком стал. Надо ж Гришке ковырять эту тему...
— Никто не говорил, — буркнул Судских.
— А с вами в этот момент разговаривать можно. Только ответа не понять, не на русском отвечаете. Геннадий проверил. Он вас спросил: куда идете? А вы в ответ: ю са. Тогда он одного полиглота озадачил, а тот удивился. Это, говорит, сленг, наречие на японском острове Кюсю — в баню, мол, иду. Вы жили на Кюсю? Многие японцы такого не знают.
— Да не был я в Японии вообще! — нахмурился Судских, Язык волей-неволей прикусил. Как же: был в семнадцатом веке, в пору восстания христианской общины, и когда сегун францисканцу голову рубил, присутствовал, и Навину Иисусу в глаза смотрел. Этого не скажешь, это лишь на Канатчиковой даче поймут. — Хватит, Гриша, болтовни. Когда летим в Красноярск?
Вылетели первым же рейсом. Отправился в путь Суд ских по подложному паспорту, как Ильич прямо. Только за Ильичем германская разведка стояла, а Судских своя милиция пасла.
Принимали гостей сдержанно и уважительно. Губернатор распорядился поселить их в своей резиденции «Сосны» в разных коггеджах. Хозяин — барин. В крас шла гражданская война севера и юга: норильский никель воевал с красноярским алюминием, безденежный губернатор их ни на чьи посулы пе купился, а без денег и покупать нечего. День губернатор продержался, осталось ночь выстоять. Край сидел на голодном пайке.
Генералы встретились в тот же вечер.
Прямолинейный губернатор сразу спросил, с чем связана отставка Судских.
— Связь прежняя, - отвечал Судских. — Развалить все, что еще можно. УСИ оставалось единственной мобильной единицей, способной помешать закабалению России. У нас была исчерпывающая информация обо всем и
всех плюс боевые формирования. Воливач хоть и коммуняка, а зрил в корень, но стал неугоден Степашке Бара- башкину. Грязная работа.