Шрифт:
Он улыбнулся уставшими глазами и покачал головой.
– Лучше вы идите. Мне еще накладные доделать надо.
– Сделаешь это завтра, сегодня был тяжелый день.
– Ладно, черт с тобой, – вздыхает Руслан, – Тебя хоть с ним оставить можно? – он кивает на меня и подмигивает. Я улыбаюсь.
– Можно. В любом случае у меня…
– …Хороший удар правой. Да–да, знаю. Ладно, я, пожалуй, и, правда, пойду. Эрик, было приятно познакомиться. И, если захочешь выпить, у меня осталась еще одна бутылка виски.
– И водка, – киваю я.
– Да, и водка. Но на самом деле, я держу ее на случай драки. Водка примиряет, так говорят в народе, – он разводит руками.
Мы смеемся как старые друзья, как будто знакомы друг с другом целую вечность. Я даже с Игорем так не смеюсь, хотя мы дружим десять лет.
– Пока, детка. И не гуляй под дождем!
Он выходит, а я с тоской смотрю ему вслед.
Такой обыкновенный человек. Небольшой спортивный бар в центре города, хорошая подруга, любимая жена и сын. У него совсем простая жизнь, но при этом он выглядит абсолютно счастливым. Я завидую ему. Да, я завидую.
– Итак, Эрик, – обращается ко мне Дана, – Как ты собрался добираться домой? Сегодня вряд ли удастся поймать такси.
– Вообще, я приехал сюда на машине. Но вряд ли смогу сесть за руль. Можно мне устроиться на вон том диване? – шучу я, киваю в дальний угол, и устало улыбаюсь.
– Я могу отвезти тебя. Правда у меня прав с собой нет… – говорит она хмурясь.
– Если остановят, я выкручусь. Я не против.
– Хорошо. Я сейчас закрою дверь, подготовлю бумаги для Руслана на завтра, и можно ехать. Смотри не усни тут. Я не смогу дотащить тебя на своем горбу.
– Постараюсь, – я улыбаюсь снова и провожаю ее взглядом.
Она скрывается в каморке, я слышу шелест бумаги. Мне стало любопытно, я встаю со своего места и захожу в подсобку, которая так же исполняет роль кабинета.
Дана стоит у стола, и раскладывает бумаги по стопкам. Потом берет желтый стикер, что–то пишет на нем, улыбается и лепит стикер на монитор. Выключает настольную лампу, стирает невидимые пылинки с подставки для ручек. Поднимает глаза и, видя меня в дверях, улыбается.
– Подглядываешь?
– Немного. Тут так мало места. Как вы справляетесь?
– Ну, летом полегче. Когда большие игры или чемпионаты, совсем хорошо. Руслан молодец, он не тратит много денег, а откладывает на периоды, когда мало клиентов. В общем – справляемся.
– Он хороший человек. Это видно.
– Да, он самый лучший, – она вздыхает, – И почему я не вышла за него замуж, когда он меня позвал?
– Он звал тебя замуж? – отголосок ревности пробегает где–то внутри меня.
– Да, но это было очень давно. Мы учились вместе.
– Встречались? – спрашиваю я осторожно.
– Нет, – она осекается, – Не знаю. Больше дружили.
– Странные отношения.
– Я не знаю, как объяснить. Он мне как брат, наверное. У меня нет брата, но я примерно такие же чувства испытываю. Было бы странно встречаться с братом.
– Правда. Но он тебе предлагал пожениться?
– Это было вроде как «Детка, ты самая лучшая на свете подруга и собутыльница. Выходи за меня замуж!». В тот момент он стоял в моей пижаме с розовыми слониками и тряс бутылкой бренди, – она смеется, вспоминая, – Не всерьез. Но сейчас я думаю, надо было согласиться.
– Мне страшно представить свадьбу, – я расслабленно опускаю плечи.
– Скорее всего, мы поженились бы на шашлыках в лесу. Или что–то в таком духе.
– Было бы забавно.
– Не то слово, – она снова улыбается, – Пошли. Я закончила тут.
Мы выходим в зал, я помогаю ей надеть куртку и слежу за тем, как она ставит сигнализацию. Мы выходим с заднего входа, она останавливается, чтобы закрыть дверь. Потом опирается о стену, достает пачку сигарет и закуривает.
Я смеюсь:
– Ты не пьешь, но куришь?
– Иногда.
– То есть травить себя алкоголем вредно, а курить нет?
– Почему, курить тоже вредно. Но от никотина не затуманивается сознание. Голова остается трезвой, – она забавно стучит пальцем по лбу.
– Не поспоришь. Угостишь?
– Пожалуйста, – Дана протягивает мне пачку.
Я закуриваю синий Winston, смотрю на сигарету и спрашиваю:
– Почему мужские?
– Что? – она в удивлении смотрит на меня, опять чертовски сексуально поднимая брови.