– Мы смотрели фильм, а потом просто заснули, Ангел. Хочешь кушать?

Кэтлин с энтузиазмом кивает, спрыгивает и несется в кухню. Я сумел высвободить нижнюю часть тела из объятий Бриар, а она, перевернувшись лицом к спинке дивана, продолжила спать.

Непросто в одиночку воспитывать ребенка, и если несколько лишних минут сна помогут, я дам ей их.

Зайдя на цыпочках в кухню, я наконец-то смог полностью потянуться, как и хотел ранее. Кэтлин, похожая на принцессу и одетая в светло-розовую пижаму, сидит на краю стойки, болтая ногами у шкафчиков.

– Блинчики?
– интересуюсь я, и ее глаза тут же начинают сиять.

Кэтлин – маленькая красавица, копия своей мамы. Интересно, разрешит ли ей Бриар заниматься модельным бизнесом. Надо спросить, когда она проснется.

Не ища легких путей, из шкафа я вытаскиваю смесь для блинов и начинаю смешивать ее с водой, пока нагревалась сковородка. Увидев упаковку шоколадной стружки на холодильнике, когда доставал апельсиновый сок, я добавляю их в смесь, и Кэтлин хихикает от этого.

– Папа говорит, что нельзя есть сладости до завтрака, - шепчет она с грустью в глазах.

– Он никогда не говорил про сладости во время завтрака, - мягко говорит Бриар, погладив Кэти по волосам, и идет к кухонному островку за чашкой кофе. К счастью, она смогла ответить Кэти, потому что я был в недоумении и не знал, что сказать. Как разговаривать с пятилетним ребенком о ее умершем отце? Не уверен, что знаю.

– Мам, смотри, Декс делает нам блинчики.

Бриар нежно улыбнулась дочери.

Подойдя ко мне, она взяла мою руку в свою и мягко пожала ее.

– Спасибо, - пробормотала она, подмигнув из-за кружки. Я знаю, она благодарила не за еду, а за несколько минут сна.

– Не благодари. Тебе необходимо отдохнуть, а мне нравится быть с Кэти.

Хорошо, что моя бабушка научила меня готовить блинчики. Казалось, девчонки наслаждались этими мгновениями. Закончив есть, Бриар собралась убрать со стола, но я удержал ее за руку, чтобы она не вставала.

Я знаком прошу Кэтлин помочь, и та с радостью соглашается. Когда посудомоечная машина была загружена, мы с Кэти нашли Бриар в гостиной. Она отправила Кэтлин одеваться.

– Спасибо за все. У нас давно не было такого хорошего утра. Мы обе рады, что ты здесь.

– Я должен быть именно здесь, - честно отвечаю я.

Кэтлин появилась из своей комнаты с щеткой для волос в руках, одетая в черные обтягивающие брюки и ярко-розовый топ. Сев на пол, Бриар начала расчесывать ее непослушные кудри, делая конский хвост.

– Мамочка, пойдем в зоопарк.

– Не сегодня. Дексу нельзя выходить из дома. Может, на следующей неделе.

Когда голова Кэти опустилась, мое сердце сжалось.

– Все хорошо. Пойдем. Я могу замаскироваться или что-то типа того.

Я не хочу, чтобы мои трудности повлияли на эту малышку. Она не сделала ничего плохо, и я не хочу быть причиной ее грусти.

– Уверен?
– спросила Бриар, нервно смотря на меня.

– Мамочка, ты его тоже можешь заплести. У него такой же беспорядок на голове, как у меня, - сказала Кэтлин.

Посмотрев на свое отражение в зеркале в другом конце комнаты, я понимаю, что Кэти права. Мои волосы были жутко растрепаны: лохматые каштановые пряди свисали на лоб, почти закрывая голубые глаза. Ночь, проведенная на диване, не сильно меня украсила.

Вернувшись в комнату, я достал мешковатые джинсы, белую футболку, черную толстовку и бейсболку. Если бы у меня были солнцезащитные очки, я смог бы легко замаскироваться, чтобы меня было непросто узнать. Быстро одевшись, я возвращаюсь в гостиную, надеваю кроссовки и жду, когда девочки закончат свои сборы.

– Готов? – спрашивает Бриар, убирая волосы в такой же, как у Кэти, конский хвост. Ей действительно нужно вернуться в модельный бизнес. Ей двадцать семь лет, но выглядит она не старше двадцати одного. Будучи командой мама-дочь, эти двое смогли бы захватить все коммерческие рекламы с правом выбора фотографа. Я в этом разбираюсь.

– Да, давай выбираться. Я попросил Николаса прислать машину. Думаю, будет проще, если мы будем на машине, а не пешком.

– Уверен, что все в порядке? Мы можем просто остаться дома, посмотреть фильмы или что-нибудь еще.

– Слушай, Бриар, - сказал я, положив одну руку ей на плечо, другую – на подбородок, чтобы она посмотрела мне прямо в глаза и поняла, что я говорю серьезно.
– Я не хочу быть обузой. Когда я приезжал в прошлый раз, это не было проблемой. Считаю, что нет ничего невозможного в том, чтобы пойти в зоопарк. Никто не ожидает, что я сейчас здесь, особенно с Бриар Кеннеди и ее дочкой. Мы собираемся пойти повеселиться. Я буду баловать Кэтлин, как и прежде. А ты это позволишь, ясно? Мне необходима какая-то нормальность, пока все это дерьмо набрасывается на вентилятор.