— Что, что?! Как Вас убить, упокоить, утрамбовать в землю — матушку, отправить в последний путь, склеить ласты, сыграть в ящик! Что здесь не понятного!

— Ммма — ма — мадам, боюсь, это… неприемлемо! Я — против!

— Да коню понятно, что против! А кто ж тебя спрашивать-то будет?!

— Кто?!

— Вот и я думаю, кто?! Ладно, что-то тело затекло, твоя взяла, Нежить, вылазю!

— Не стоит!

— А чегой-то вдруг?!

— Ну, два разумных человека могут поговорить… и из мест, удобных для них во всех смыслах, не нарушая границ личного пространства и не угрожая, безусловно, физическому здоровью друг друга!

— Чего?!

— Сидите там, мадам!

— Но мне… мне надоело! И здесь тесно! И душно! И я…

— Вам это только кажется! — рядом со мной внезапно очутилась еще одна подушка. И одеяло. И стакан с водой. Да, это самая странная Нежить из всех, кого я видела. Редкий вид.

— …еще не выяснила, как Вас укокошить!

— Вы слишком слабы! И Вам стоит беречь себя как будущую… — и самая заботливая Нежить?!

— Будущую…кого?! — так и знала, переходим к самому интересному, — будущую закуску?!

— Ну, что Вы! Думаю, это в прошлом! Теперь же более актуальны матримониальные планы!

— Матри… что?!

— Ну, Вы — как объект полового влечения, и…

— Что?! Слышь, ты, неудача гробовщика, какое влечение?!

— П — п-половое! Что Вы так переполошились, после свадьбы…

— Какой свадьбы, ты, жертва некроманта — садовода?! Ты, что, меня за муж тащишь?! — действительно, редкий вид. Первая нежить, что делает мне предложение руки и сердца! Предыдущая — только руки.

— Нет, не я! Упаси, богиня!

— Что значит 'упаси'?! — нет, вы представляете, теперь вот в отказ идет, сволочь. Эх, жить мне вечно в девках!

— Мадам, Вы меня не правильно поняли! Вы… Вы..

— Вы оба прекратили балаган! — ой, а вот этот голос я уже знаю. И сапоги видела. И даже как-то снимала! — Сильван, иди к столу и подготовь необходимые инструменты! Время не терпит. Кьяра, вылась из-под кровати немедленно и займи место, подобающее больной!

— Я не больна, Рихард! — да, радость в купе с возмущением — те еще чувства, но что поделать. Я действительно рада его слышать.

— Да?! Тогда, что ты там делаешь?!

— Пыль вытираю! Пыльно у вас тут!

— Милорд, позвольте не согласиться! На лицо всплески агрессии с достаточно устойчивым признаком параноидального бреда!

— Агрессии?! У Кьяры?! — и чего он удивляется, Нежить угрожала мне расправой.

— Мадам желала моей смерти! Беспричинно! Потому, рекомендую изолировать пациентку…

— Так, Сильван, успокойся! Кьяра, вылезь же из-под кровати!

— А меня там нет!

— Я твои ноги вижу!

— А — а, ну тогда ладно! — маскировка никогда не была моей сильной стороной, даже в лесу.

Выбравшись на свет богини, я взгромоздила своё бренное тело на благодатную поверхность кровати. Куль с непонятно чем положила рядышком. Хмурый и усталый вид Рихарда насторожил меня, правда, не настолько, чтобы во все глаза не рассматривать щуплого старичка, одетого в белый халат, накинутый прямо на камзол. Его седая и довольно куцая бороденка навевала воспоминания о соседском козле, с которым у меня так и не сложились дружеские отношения. Как в прочем и у всей общины. Козел был на редкость своенравен и задирист. Козел же, что с него взять. Старикан же, за исключением седины в волосах и бороде, совсем не выглядел древним. Или козлом. Хотя, кое — какие мыслишки по этому поводу у меня есть…

Встретившись с ним взглядом, я поняла почему. Глаза, наполненные живым огнем, фанатичным, горящем и на смертном одре, именно они делали моего нового знакомого из Замка Сумрак таким молодым. Будто юношу взяли и вмиг состарили.

— Кьяра, того господина, кого ты посчитала не достойным жить, зовут Сильван Савьего, Целитель душ и Врачеватель тел. Высшего ранга. Один из тех, кого с таким нежеланием отпустили из города магов.

— Моё почтение, миледи! — и мне величественно кивнули, но обида явно не прошла. Да кто ж знал, что он — живой. Ручонка-то у него, что подушку пихнула, похуже мертвецкой выглядит: серо — сизая и вся в шрамах!

— Кьяра. Рада знакомству! — кивнула в ответ на сдержанное приветствие целителя.

— Простите, не могу ответить тем же! — и врачеватель опять приступил к смешиванию чего-то в чем-то, смутно напоминающем стеклянную грушу. Резкий запах горения заполнил помещение.

— Так, а теперь к делу! — и меня подхватили такие родные и сильные руки, чтобы тут же опустить на гладкую металлическую поверхность стола. Стола, которого здесь и в помине не было. К которому меня привязали ремнями!

— Рихард, что происходит?! Какого демона ты делаешь?!