– И это тоже, – кивнул бес. Воровато оглядевшись, он шепнул мне на ухо: – Но вообще-то дело в другом. Не шибко радужно обстоят дела с обзаведением потомством у наших высших…

– О как! – озадачился я.

Озадачился, да тут же и думать об этом казусе позабыл. Так как сопровождающие нас демоны наконец остановились, доведя меня с бесом до невероятных размеров зала, три стены которого занимали огромные, отливающие явственной чернотой витражи, а у четвертой, глухой, на возвышении стоял величественный трон. Втолкнули нас туда – и мигом захлопнули за нами резные каменные двери, украшенные жуткими картинами демонических войн. Вроде как в мышеловку сунули и были таковы…

Но мне было наплевать на все это крайне подозрительное действо. Ведь в этот миг я увидел стоящую близ черного трона разодетую демоницу. В которой, несмотря на разделяющее нас немалое расстояние, моментально опознал одну хорошо знакомую мне особу.

– Кейтлин! – выдохнул я. И рванул к ней! Понесся прямо как на крыльях ветра!

– Стайни?! Ты?! – расширились чернющие, как ночь, глаза девушки, так стремительно развернувшейся на мой возглас, что подол ее облачения взметнулся едва ли не до пояса.

– Кейтлин!.. – повторил я, непроизвольно замедляя бег под впечатлением от увиденного. Но теперь уже выдохнув имя своей супруги с отчетливым возмущением. Ведь взметнувшийся при резком развороте и шаге навстречу мне подол этого ее удивительного черно-серебрящегося платья рассыпался на части: оказывается, он был набран из нешироких длинных полос! Отчего чьи-то потрясающе длинные и стройные ножки, затянутые в прозрачно-черные ажурные чулочки, были явлены всему миру целиком и полностью! И во всей их бесстыдности! Такой… такой наряд вполне подошел бы бесстыдной суккубе, но вовсе не приличной девушке!

– А кто виноват в том, что платье с обычным закрытым подолом мне теперь надеть нельзя?! – проследив за направлением моего взгляда и поняв, что вызвало у меня такое неподдельное возмущение, полыхнула в ответ негодованием Кейтлин. – Потому что хвост мешается! – рявкнула она и продемонстрировала опешившему мне этот самый хвост – длинный, сильно утончающийся к концу и заканчивающийся стреловидным наконечником, – выметнув его из-под подола и помахав из стороны в сторону.

– Э-э-э… – растерянно проблеял я, следя за нервно подергивающейся новой частью тела моей супруги.

– Вот тебе и «э-э-э»! – передразнила меня прямо-таки пышущая негодованием демоница.

«Во дела…» – потрясенно подумал я. Да тут же опомнился. Обеспокоенно заозиравшись по сторонам, решительно обратился к Кейтлин:

– Ладно, потом со всем этим разберемся. А сейчас бежим отсюда скорей! Пока еще есть такая возможность! Прыгаем в окно и прорываемся к порталу!

– К какому еще порталу? – не поняла ошеломленная моим напором Кейтлин.

– Ну а как я, по-твоему, сюда попал? – сердито спросил я, хватая за руку совсем не вовремя растерявшуюся демоницу и таща ее к ближайшему окну-витражу. – С помощью портала конечно же! Который создал, задействовав последнюю «Искру Тьмы».

– Никуда я с тобой, мерзавцем, не пойду! – неожиданно уперлась Кейтлин, останавливая наше продвижение к цели. – А прибью тебя прямо здесь! Так меня обжулить…

Поняв, что мне не уволочь без объяснения меж нами супругу, едва ли не вбившую высоченные каблучки своих туфелек в пол из полированного обсидиана, я прекратил бесплодные попытки сдвинуть ее с места. Повернувшись к ней лицом, произнес покаянно:

– Прости дурака… что избрал такой способ помочь тебе сделать свой выбор… Просто… просто я безумно люблю тебя…

– Что? – опешила моментально растерявшая весь свой гнев Кейтлин. Сдвинув подведенные бровки, она с подозрением спросила: – А почему же ты мне раньше этого не говорил и в любви не признавался?

– Наверное, потому, что кое-кто даже гладиться не давался и все время грозился сделать меня своим фамилиаром, – хмыкнул в ответ я. Но затем, вздохнув, все же сознался: – Хотя скорее всего потому, что признаться в любви своей мечте воплощенной куда сложнее, чем, к примеру, повергнуть магического дракона…

– Дурак ты, Стайни, – проворчала Кейтлин, отводя глаза. Но на этом не успокоилась, а, проявляя свою обычную стервозность, язвительно проворчала: – Ди Самери ты небось тоже так красиво заливал?

– Кейтлин, ну при чем здесь Энжель? – чуточку возмутился я.

– Да при том самом! – отрезала моя законная супруга и с неприкрытым сарказмом вопросила: – Или ты хочешь мне сказать, что она тебе даже не нравится ничуточки?

– Ну-у… нет, к Энж я тоже, конечно, питаю некоторые чувства… – попытался я дипломатично сгладить острые углы, говоря только полную правду, но в то же время не признаваясь Кейтлин, что златовласка мне очень даже нравится, а уж тем паче – что я немного влюблен в нее. И поторопился сказать в свое оправдание, видя, как сузились глазки демоницы: – Наверное, моя двойственная натура виновата в том, что меня тянет к таким совершенно разным девушкам!