. -Ну, так как, маленькая? В угол или по попе?- издевательски поинтересовался он.

– Только попробуй тронуть меня,- взвизгнула Тамми, извиваясь змеей в крепких объятьях супруга.

– Значит, по попе,- удовлетворенно резюмировал Рэйнэн, нежно поглаживая переброшенную через плечо пятую точку жены.

– Урод. Темное чудовище. Немедленно отпусти меня,- рычала брыкающаяся Тамми.

– О, как много нового я о себе узнал, - радовался владыка,- А мне всегда женщины говорили, что я очень красивый мужчина. Представляешь маленькая, врали... Спасибо, детка, теперь не буду питать иллюзий на счет своей внешности.

– Сволочь, гадина, ненавижу,- пыхтела Тамми, стучась головой о твердую как железо спину несущего ее мужа.

– Маленькая, как приятно слышать, что ты испытываешь ко мне столь сильные чувства,- невозмутимо сообщил Рэйнэн грязно ругающейся жене. Он прочертил символ перехода, и прежде чем шагнуть в темный туннель, произнес:

– Детка, ты не могла бы ненадолго перестать объясняться мне в любви, боюсь Тьма, услышав поток твоих нежностей, воспримет их на свой счет.

– Урод, - рявкнула Тамми.

– Дорогая, понимаю, ты расстроена, что я не красавец. Но может тебе станет легче, если я скажу, что наши дети будут похожи на тебя.

От подобного заявления у Тамми даже дыханье сбилось. А пока она пыталась сообразить, чем же ответить противному мужу, на такую неслыханную наглость, он шагнул с ней в клубящуюся субстанцию и вышел на нижней террасе дворца.

Трэм ждал императорскую чету на выходе из дворца с седельной сумкой, которую приготовила по просьбе Рэйнэна Арха . Когда из тьмы вышел владыка с переброшенной через плечо женой, советник растерянно замялся, не решаясь сделать шаг навстречу.

– Трэм, не смущайся, все хорошо, - бросил Рэйнэн удивленно наблюдающему за происходящим другу,- у меня жена просто сегодня не с той ноги встала. Да маленькая? Подвернула ножку, пришлось нести.

– Убью тебя, темный!- прошипела Тамми.

– Видишь, она говорит:- ' люблю тебя темный',- улыбнулся владыка, оторопевшему советнику.

– Охрана ждет внизу, - Трэм недоверчиво посмотрел на висящую, на плече у владыки стихийницу, поминающую его, на чем стоит свет,- ты уверен, что мне не нужно поехать с тобой?

– Что ты, дружище, конечно уверен!- Рэйнэн снял с плеча жену и, удерживая на руках, нагло ухмыляясь, спросил, - зачем нам посторонние в медовый месяц? Да, маленькая?

Тамми открыла рот собираясь сказать издевающемуся над ней мужу:-'Да что б ты провалился темный', но успела сказать только - Да..., потому что в ту же секунду ее губы накрыло жадным, настойчивым поцелуем. Это был не просто поцелуй, это было что-то жаркое, вязкое, пьяняще непристойное. Язык мужа проник в ее рот, двигаясь внутри, лаская, трогая, требуя чего-то большего. Чего-то, что зарождалось внизу живота девушки мучительной сладкой болью, расползаясь по телу пульсирующей, горячей волной. А губы мужа, войдя во вкус, продолжали терзать ее рот, теперь добравшись до ее языка. Медленно, нежно, он стал всасывать его в себя, покусывая, облизывая, как сахарную карамель. Тамми казалось, что с каждым новым движением он словно выпивает ее до дна. Как будто нашел внутри какую-то ниточку и, схватившись за нее, постепенно вытягивает из Тамми волю, мысли, сердце, душу, заполняя образовавшуюся пустоту томительной, блаженной негой. А когда он прекратил свою чувственную пытку, девушка не смогла вымолвить ни слова, ощущая, как предательски ее тело требует продолжения, сотрясаясь мелкой дрожью, изнывая от ощущения незаконченности произошедшего.

– Кажется, я нашел отличный способ заставить тебя замолчать, маленькая,- хрипло прошептал темный владыка на ушко, тяжело дышащей жене,- хочешь еще испытать мои нервы на прочность?

Тамми отчаянно замотала головой, понимая, что вот теперь, она кажется действительно допекла темного.

– Правильно, маленькая,- как-то хищно скалясь, произнес Рэйнэн,- я ведь не железный. Не смей оскорблять меня при подчиненных. Иначе я забуду о своем обещании, подождать пока ты перебесишься, и на поцелуях не остановлюсь.

И уже обращаясь к притихшему советнику с интересом, наблюдавшим за непонятными отношениями супругов,- давай сумку Трэм. Отчеты жду ежедневно.

Перекинув опять через плечо, ужасно злую, но, наконец прекратившую ругаться жену, владыка, прочертив темную руну, вышел с ней на площади оцепленной плотным кольцом воинов. Он усадил Тамми на лошадь, пристегнул сумки, а затем с легкостью огромной кошки, молниеносно запрыгнул в седло. Крепко прижав к себе обездвиженную, завернутую в одеяло жену, Рэйнэн дернул поводья и пришпорил коня, принуждая его перейти на быстрый аллюр. Кавалькада черных как ночь всадников быстро двигалась по улицам города, заставляя встречавшихся на пути прохожих испуганно отскакивать в сторону, низко кланяясь вслед, покидавшему столицу императору. Тамми было ужасно неудобно, битый час трястись на лошади в скованном состоянии. Ощущения были, словно она бабочка не сумевшая вылезти из кокона. Руки затекли, ужасно чесался бок, копчик неприятно стучался о седло, но все это было мелочью, в сравнении с тем, что она практически лежала на груди у темного, уткнувшись носом в его мощную шею. От него так хорошо пахло, и это начинало чрезвычайно раздражать. Этот запах, точно дурман, проникал в поры, мешая сосредоточиться или думать о чем-то другом. Этот запах, раз за разом, возвращал ее к воспоминаниям о поцелуе перед выездом - жгучем, страстном, бесстыжем, но почему-то таком приятном. Этот запах будил в ней какие-то странные желания, о которых раньше и подумать то было стыдно. Ей вдруг отчаянно захотелось лизнуть его кожу, что бы попробовать, такая ли она притягательная и на вкус. Девушка шумно выдохнула, пытаясь успокоиться, избавиться от навязчивых образов, мелькавших в ее голове. Словно почувствовав, ее нервозное состояние Рэйнэн натянул узду, заставив коня перейти на шаг. Одеяло, заворачивавшее тело стихийницы вдруг ослабило свой нажим, освобождая ее из плена. Тамми зашевелилась, разминая затекшие конечности, а потом вздрогнула, когда взгляд опустился на руки мужа. Уродливые, страшные, едва зажившие раны пересекали костяшки и пальцы его ладоней.

– Что у тебя с руками? Девушка угрюмо посмотрела на темного владыку.

– Слишком близко подпустил к себе бушующую стихию, наивно полагая, что смогу ей управлять.

Рэйнэн, мгновенно набросив на шрамы личину, горько усмехаясь, посмотрел вдаль, так и не повернув головы к жене.

– А ты вообще, очень наивный, темный,- насупившись,буркнула Тамми.

– Мы, кажется, договорились, маленькая, - над ухом стихийницы раздался недовольный голос мужа,- что ты не будешь меня злить.

– Да?
– вспыхнула девушка,- мы, кажется, договорились, что ты отпустишь меня домой. Ты не держишь своих обещаний, почему я должна держать свои.