Кьюсак притворялся равнодушным, но его мысли все время возвращались к видеозаписи.

– Верно, – подтвердил Лизер. – Мы не проигрываем.

«Но Калеб считает иначе».

– «ЛиУэлл Кэпитал» принадлежит полис Конрада Барнса? – спросил Кьюсак.

– Верно.

– Сай, на самом деле прижизненные соглашения не годятся для хеджирования.

– Двадцать миллионов дают нам время разобраться с «Меррилом». На мой вкус, отличное хеджирование.

– Я уже устал от этих танцев вокруг главного, – сказал Кьюсак.

Сейчас он вновь сосредоточился на разговоре и наконец-то понял странную озабоченность Лизера Калебом Фелпсом.

– Вы хотите приобрести компанию Калеба?

Лизер тщательно взвешивал каждое слово:

– Мне нужен прямой канал. У твоего тестя огромный бизнес.

– Его бизнес. Не мой. Я в нем не участвую.

– Как только его выберут губернатором Массачусетса, он больше не сможет управлять своим агентством.

– У него есть компетентные специалисты.

– Джимми, это уже не то. Если он не будет стоять у руля, компания закиснет.

– Если вы хотите купить бизнес Калеба, возьмите телефон и позвоните ему.

– Я собирался выгнать тебя за кражу коммерческих секретов, – сказал Лизер. – Я был не прав. И я извиняюсь.

– Просто отдайте мне видео.

– Я уже сказал, что ты его получишь. Но мне нужен партнер. Не противник.

– Не понимаю.

– Мы можем предложить эту сделку вместе. Ты и я. Джимми, возьми завтрашний день. Подумай, как нам купить агентство твоего тестя. Возвращайся в понедельник, и мы поговорим.

– А как же видео?

– «Мак» у меня дома.

– Мы можем забрать его сегодня? – с надеждой спросил Кьюсак.

– Нет. Я сейчас живу в отеле «Деламар».

– Почему?

– Не хочу, чтобы Бьянка вышвыривала мои вещи в окно всякий раз, когда ее кольнет в задницу. Половина Гринвича уже считает мое поместье сборным пунктом Армии спасения.

– Сочувствую.

– Слушай, я отдам тебе видео в понедельник.

– Отличная новость.

– Ты поможешь мне, – подгонял Лизер, – и я помогу тебе. Я щедрый парень.

Кьюсак промолчал.

– Возврат видео – жест доброй воли, – заявил Сай; теперь он вел себя дружелюбно и заговорщицки. – Сейчас твоя очередь помочь мне купить компанию Калеба. И подумай обо всех преимуществах.

– Каких преимуществах?

– Ты сможешь отплатить тестю за то, что он вытащил вилку у «Кьюсак Кэпитал».

– Откуда вы знаете?

– Я не проигрываю. А для этого я должен знать все обо всех.

Сай встал и пошел к выходу. У самой двери он внезапно обернулся, будто его осенило.

– Кстати, Джимми. Ты ничего не хочешь мне отдать?

Кьюсак засунул руку под стол и достал пачку документов Генриетты Хеджкок.

– Вы об этом?

– Именно, – подтвердил Лизер. – Увидимся в понедельник.

Эми унаследовала от Калеба дар пылкой новоанглийской ясности. Она лучше всего соображала, когда все вокруг шло кувырком. В то время как другие ломали головы и чесали в затылках, она укладывала свои мысли, как кирпичики.

– Сай Лизер ненадежен. Ему нельзя доверять.

– Мне нужно подыграть ему, – возразил Кьюсак, более склонный к дипломатии. – Пару дней, и мы получим видео.

– Не слишком надейся. Этот человек даже на собственные похороны явится с шансами пятьдесят на пятьдесят.

Эми ушла на работу, но они договорились продолжить разговор за обедом в зоопарке Бронкса. И она все еще не подозревала о состоянии их финансов.

Кьюсак схватил свой лэптоп и поплелся к забегаловке на Гудзон-стрит, обещавшей, судя по наклейке на окне, самый быстрый «вай-фай» во всем Манхэттене. Там он познакомился с «комплексом» за семь девяносто девять. Тарелка с жирным стейком, резиновыми яйцами и «домашним» фри, которая заставляла задуматься, чей же дом превратил картофель в закоренелого преступника. Все это здорово напоминало чей-то завтрак, вываленный на землю, и не слишком помогало успокоить заботы, гложущие желудок Кьюсака.

– Как вам? – спросила официантка.

Она плеснула кофе в чашку Кьюсака. Удачно. Брызги попали ему на рукав, а не на клавиатуру лэптопа.

– Комплексно.

Он читал с экрана «Уолл-стрит джорнэл» и «Нью-Йорк таймс». Ему нужно выйти из стресса.

Джимми полез в карман пиджака за деньгами, и тут его попыткам расслабиться пришел конец. Кьюсак наткнулся на листок с семью именами из ящика Никки. Вместо оплаты счета он заказал пончик, и все стало интереснее.

Первым делом Джимми полез в «Гугл» искать Генриетту Хеджкок. «Нью-Йорк таймс» напечатала ее некролог в конце апреля, примерно в то же время, когда Джимми пришел в «ЛиУэлл Кэпитал». Хеджкок была одной из выдающихся представительниц светского общества Нью-Йорка. Заядлая пловчиха, она утонула в бассейне после сердечного приступа. К моменту смерти ей исполнилось семьдесят шесть лет. В «ЛиУэлл Кэпитал», припомнил Кьюсак, поступили пятнадцать миллионов страховых выплат.