Корд Ризи Джеймсон

Номер Назначения: 462895103732

Дата/Время Активации: 10/2/18:33

Дата/Время Истечения Активации: 11/2/18:33

Альтернативное место происхождения: 45990 Файертон стрит, Джетро Уорд.

Будь единственным, будь достойным.

Внизу логотип Совета: силуэты двух одинаковых подростков, повернутых лицом к лицу, их черты, предусмотрительно оставленные андрогенными, неопределенными, могут принадлежать кому угодно. Каждый глаз – черная спираль.

У Корда есть 31 день, чтобы убить своего Альта, пока Альт не убил его самого. Если ни один из них не завершит назначение до истечения срока, они оба умрут, генетический таймер во вмонтированном обоим Альтам коде, запустит самоуничтожение.

Текущий адрес Альта Корда внизу. МП – Место Происхождения - это единственная информация, которую Совет свободно предоставляет Альту после активации назначения. Её достаточно и для того, чтобы начать, и для того, чтобы обеспечить, в конце концов, решающее состязание. Естественно, Альт Корда обладает такой же информацией о нем.

Я снова пристально изучаю его назначение, запоминая все. Такие простые звуки и буквы, соединяясь в строки, создают сообщения, которые меняют жизнь. Время – наше единственное преимущество.

Это жесткая статистика, которую нельзя игнорировать. Большинство только активированных реагируют не борьбой, не бегством, а замирают на месте. Несмотря на тренировки, первая реакция – сочетание шока и страха - парализует людей. Каждый в тайне надеется, что не получит назначения, пока не останется месяц до двадцатого дня рождения - последней возможной даты его получения, и иногда надеется так сильно, что начинает верить, будто иначе и быть не может. Нет гарантии, что Альт Корда не один из тех, кто ломает стереотипы, но есть шанс, что и он сейчас сидит в своей гостиной с назначением в руках, со взорванным мозгом, и бездействует.

Я передаю сотовый Люку и поворачиваюсь к Корду.

– Файертон - это крайняя улица, пролегающая вдоль границы восточной стороны района, - поспешно говорю я ему, - дорога туда не займет много времени, особенно если мы отправимся прямо сейчас.

Корд, вздыхая, ругается:

– Подожди, Вест. Я все еще думаю, что делать.

Я чувствую, как у меня вспыхивают щеки:

– Ты еще думаешь? Издеваешься?

Его лицо напряженное, непроницаемое:

– Я уже почти собрал вещи Тейжа и собирался положить их в кладовку, правда, не знаю зачем. Еще мне нужно подписать и вернуть школьной администрации кучу документов. И я до сих пор не поговорил с родителями тех его друзей, которые… - Его голос умолкает, он оборачивается и смотрит на меня в упор. Цифры, отпечатавшиеся в глубине его глаз, чужие, раздражающие, к ним я никогда не привыкну. Но я также замечаю его бледность, мешки под глазами, то, как обострились больше обычного черты его лица.
– Я раздавлен, Вест, ясно?

Подавляя злость, я стараюсь добавить мягкости в голос, хотя единственное, что мне хочется сделать - схватить его за руку и бежать:

– Ты же знаешь, нельзя просто сидеть и ждать его. Мы должны действовать.

– Не «мы», Вест. Что бы я в итоге не сделал, держись от этого подальше.

– Но ты еще в одежде с похорон моего отца, Корд, - язвительно говорю я, - даже не думай оставить нас тут, чтобы мы сходили с ума от волнения.
– На мгновение мне вспомнилась просьба Люка не отталкивать Корда. Я наспех дала обещание, а теперь сама умоляю Корда не отталкивать меня.

Несколько секунд он смотрит в пространство, не замечая остальных людей в ресторане. Большинство из них старше двадцати. Они завершили назначение и теперь находятся вне опасности, и не считают дни, часы, минуты, гадая, не станет ли для них этот ужин последним.

– Что если я скажу тебе, что часть меня просто хочет вернуться домой, закончить все свои дела, и надеяться, что удача будет на моей стороне, когда он туда заявится, - говорит Корд так, будто уже потерпел поражение, это почему-то выбивает из колеи больше, чем если бы он был в бешенстве или трясся от страха.

– Тебе хорошо и неактивированным, да?
– огрызаюсь я.
– Да что с тобой не так, Корд? Ты должен это сделать.

– Просто я думаю, что мы не всегда побеждаем.

– Мы не всегда проигрываем. И я не позволю тебе сдаться.

– А когда ты сдашься? – его лицо - неподвижная застывшая маска, которая превращает его в незнакомца. – Когда убьют всю твою семью? Может тогда тебе станет слишком тяжело, Вест? Когда Люка не станет, и ты останешься одна? Потому что со мной это уже случилось.

Я вздрагиваю и отступаю перед его отчаянием. Нет, я не забыла про смерть его родителей в автокатастрофе, но это случилось так давно, когда он был еще ребенком и я даже не представляю, что все могло быть по-другому. С того времени опекунство над ним и его братом передавалось от одних родственников к другим. Пока Корду, наконец, не исполнилось пятнадцать. В этом возрасте ему было разрешено самому заботиться о Тейже.

– Станет легче, Корд, - спокойно говорит Люк, возвращая ему сотовый, - я имею ввиду Тейжа.