Шахин, защищённый тенью своего папы, мог не заморачиваться такими вещами – по крайней мере на территории РФ. Его внутреннее чутьё подсказывало – всё обойдётся, небольшая неприятность, добавляющая романтичности его и без того прекрасному облику.

Он как раз рассматривал себя в настенное зеркало и принимал различные позы, когда в кабинет кто-то вошёл.

Чутьё Шахина не подвело.

Уже через пару минут дымился кофе, Боря блаженно щурил глаза, а Ступа давился печеньем.

– Ты же в институте учишься, высшее получаешь. Как тебя угораздило сюда? – спрашивал полковник, который в первый раз пришёл к Давудбековым в гости ещё тогда, когда ни Шахин, ни старшая его сестра не появились на свет.

Шахин молчал и улыбался: что тут можно ответить..

– Так и быть, я вас отпущу, даже без выговора, - полковник улыбнулся в ответ. – Трудно будет остановить операцию, но твой отец, - он подмигнул, - тоже трудностей не боится.

– Мы что, такие крутые, что нас уже и операцию? – спросил Шахин лениво.

– Как сказать.. Поступила информация. Фамилия твоя, правда, не фигурировала – а то бы и не начали без проверки. Сказали, будут Румов, Шиллер, вот эти два, про тебя – ничего.

– А я и не знаю никакого Шиллера.. И Румова не знаю, - так же лениво ответил Шахин, внутренне напрягаясь – Шиллер была фамилия Шилы. – А кто вам сказал такое?

– Как кто? Вы ещё не поняли? Кажется мне, что на крыше того дома, где вас ждали, вы приземлились в другом составе.

До них не сразу дошло, когда дошло, они даже не отреагировали – Шахин – потому что всегда недолюбливал и в чём-то подозревал Гогу, Боря – от врождённого спокойствия, Ступа – потому, что большинство эмоций выражал слезами, истерикой и дракой, а для этого было не время и не место.

– Валяйте вообщем, у нас тут работы. Томская область регион закрытый, мы тут государство в государстве, практически независимы. Все следы вашего пребывания – бумажные, я имею в виду, - исчезнут до конца рабочего дня, гарантирую. Ну, а цель вашего приезда – позвольте себе оставить. Не повезёте же вы её обычным рейсом.

Шахин мысленно себя выругал полковника – конечно, вот она – причина его доброты. Не только знакомство с его отцом, но и партия – на сколько миллионов стал теперь он богаче? Пожалуй, можно считать не в рублях. Фиг бы его ведомство нашло эти не рубли, когда они спокойно себе лежали в избушке.

Как бы то ни было, он сердечно попрощался, проследил, чтобы это же сделали Ступа и Боря. Им вернули их телефоны, забранные же наличные деньги и они поехали на такси полностью офигевшие от событий – им надо было успеть на первый утренний рейс в Москву.

В аэропорту города Томск они сразу же увидели Шилу и Ганжу – те озираясь по сторонам направлялись им навстречу, к выходу, вид у них был злой и обеспокоенный.

– Ау! – крикнул Шахин им.

Оказалось, их уже тормозили милиционеры, но потом, получив какой-то звонок, отпустили.

Обещание полковника работало.

– Я знал про Гогу, хотел своим путём с ним расправиться. Не знал, что вы идиоты. – сказал Шила, с ударением на слове “вы”.

– Мы при чём? – Шахин удивился.

– Какого фига поверили в сказку, что лететь надо? Я вас когда без личных инструкций куда посылал? Почему мне не позвонили?

– Мы хотели сами и потом.. – Ступа должно быть собирался добавить – Шахин так уверенно начал командовать, но какие-то другие чувства взяли в нём вверх и Шахина он не выдал.

Не выдал его и Боря, так что досталось всем троим, зато – не так сильно.

– Чтобы больше не было такого, - сказал Шила напоследок.

По прилёту Шахин помчался прямиком домой и только въезжая за бетонный забор вспомнил, что отец его выгнал, велев не возвращаться.

ИншаЛлахI,пронесёт, - пронеслось в голове.

Но его не пронесло.

Артур Мамадович сидел в холле и играл в карты с охраной: в его привычках было дёргать нанятых им людей, не давать им работать – что охране, что торговцам, что прислуге.

Чтобы пройти из холла всё равно куда, надо было пройти мимо отца – Шахин решил не здороваться, но отец заметил его и поднялся с дивана.

– Ты. Тут один мой старый друг объявился – в одной футбольной команде в 87-ом году играли. Ты, наверное, знаешь, про кого я?

– Не знаю, отец. А-а.. У тебя неприятности? – спросил он, ориентируясь на зловещие интонации, с которыми это было произнесено.

Тут отец разорался. Оказалось, ему уже звонили из Томска. Шахин с удивлением узнал о том, что его отец считает своего сына занимающимся продажей ворованых с принадлежащего отцу склада товаров.

– Каждый месяц недостачи на 20 миллионов рублей и тебе всё мало.. Мало! Мало!

– Твои продавцы жульё.. – начал он оправдываться, но отец не слушал.

– Ты грабишь меня, не женишься на ком тебе сказали, ещё торгуешь отравой. Наркоман! Сколько людей пострадали от твоих действий! Вон! Пошёл вон!