обжигала ее, и быстро вышла из комнаты, оставив маленькую плаксу. Гнев все еще

клокотал внутри. Маленькая дрянь, да еще эта чертова кукла, которую отец разрешил ей

взять из старых игрушек Морт. И надо было ей из огромного вороха самых дорогих и

самых красивых (правда, частично испорченных, изломанных и изрезанных) игрушек

выбрать именно эту.

Морт не любила смотреть на эту куклу, так как каждый взгляд возвращал ее в

прошлое, когда она была маленькой девочкой, боявшейся темноты, одинокой девочкой,

тайком поднимавшей шторы в своей комнате и наблюдавшей за солнцем. К несчастью,

Эмри везде таскала ее с собой, не оставляя ни на минуту. Специально, наверное, чтобы

позлить Морт.

Дело было не только в кукле. Морт невзлюбила Эмри с первого дня, когда ее, тогда

еще пятилетнюю крошку, доставили в замок после того, как скончались ее родители.

Она была милой, ласковой, всем улыбалась, тянулась к людям и много смеялась. А еще

никогда не плакала на праздничных ужинах, не боялась фейерверков и всегда говорила

то, что от нее хотели услышать. Она была любимицей не только всего замка, но и

хмурого отца Морт, который относился к маленькой плаксе, как к родной дочери, своей

единственной дочери...и исполнял любые ее капризы.

Вернувшись к себе в комнату, Морт так и не смогла больше уснуть. Вместо этого

она металась по комнате, как раненный зверь, не находя себе места. Эмри наверняка все

придумала, чтобы не дать ей выспаться сегодня. Девушка подняла глаза к потолку, с

которого свисали толстые металлические цепи. В детстве она всегда побаивалась их,

особенно днем, когда они раскачивались сквозняком, не давая ей спать. Ей казалось, что

это приведения. В комнате Эмри были точно такие же, но девчонка ни разу не плакала

по этому поводу. Для нее гораздо страшнее потерять старую уродливую куклу...

– Лиза, - прошептала Морт, как-то глупо, по-детски всхлипнув.
– Ее зовут Лиза, а не

Клэри.

Морт подошла к дальней стене, обмотав запястья и ладони плотной тканью. Теперь

ей ничего не стоило подняться по цепям на самый верх пятиметрового потолка. Она уже

давно перестала бояться высоты. Да и просто перестала бояться. Темнота стала ее

самым лучшим и самым преданным другом.

На самом верху куполообразной крыши было крошечное окошко из мутного стекла -

ее любимое место в этой комнате. Как раз рядом с окошком располагалась толстая

деревянная балка, на которой можно было удобно лечь, и еще оставалось место. Она

могла часами сидеть, глядя на замок и раскинувшийся вокруг лес. Самый лучший обзор,

конечно, был ночью, когда солнце не слепило глаза, но и сейчас здесь тоже было хорошо. Морт даже испытала радость, подставив солнцу ладони и предплечья.

– Мисс, - дверь неслышно отворилась, впустив в комнату свежий воздух.
– Мисс Морт, вы здесь?

Только сейчас девушка поняла, что задремала.

Морт опустила голову вниз и увидела стоящую в дверях служанку, молодую, но уже

располневшую, с грубым деревенским лицом, мягкими полными руками и ласковой

улыбкой. Она изо всех сил старалась быть заботливой со своей госпожой.

– Я здесь, Мегги.

Служанка задрала голову вверх. Ее глаза смотрели с укором.

– Ужин начнется через двадцать минут. Ваша матушка приказала разбудить вас.

– Можете передать ей, что я буду вовремя, - сказала она без всякого выражения. Ее

совсем не волновали скучные ужины матушки.

– Нужно ли вам что-то, мисс?

– Да, мне нужно, чтобы ты ушла и не доставала меня своими глупыми вопросам, -

проговорила Морт резко.