Поняв, что чародействующий недоумок сейчас, того и гляди, наворожит какую-нибудь пакость, я решила сама перейти в атаку и, полностью освободив разум от мыслей, дабы нирате было проще руководить моими действиями, приблизилась к воющему какие-то не то заклинания, не то проклятия эльфу. Один быстрый удар рукоятью по затылку прекратил его пронзительные вопли и дикие скачки.

– Веревку, живо, - обратилась я к удивленному приятелю мага.

– Чего?
– удивился тот.

– Ну, вы же меня брать да вязать хотели. Неужели даже самой завалященькой веревочки не прихватили?

Потрясенный остроухий, как это ни поразительно, послушался и протянул мне моток толстенной пеньки. Я качественно умотала бесчувственного мага, потом без сантиментов уселась на его живот перевести дух и дружелюбно похлопала по земле рядом с собой. Мой невольный помощник, отчего-то не стремящийся взять меня в плен, послушно опустился на указанное место.

– Печально, правда?
– обратилась я к нему.

– Что печально?
– встрепенулся удивленный эльф.

– Вот вы меня ловить шли, а в результате что? Большая часть отряда разбежалась, маг сам угодил в плен, а ты слишком дезориентирован, чтобы предпринять хоть какие-то враждебные действия. Как всегда - ты предполагаешь, а окружающие располагают. Это-то и печально, не правда ли?

Мой собеседник согласно затряс головой. Потом опомнился и доверительно сообщил:

– А я ведь тоже маг! Правда, не такой опытный, но...

– Правда?
– внутренне холодея, переспросила я.
– И как тебя, мага, зовут?

– Волирэль, - смущенно представился эльфик.

– Красивое имя, - констатировала я.
– И чего ж ты пошел меня ловить-то, а?

– Да мастер Пьенивэль, - он деловито потыкал в бок все еще бесчувственного подельника, - пришел сегодня, рассказал, что к нему необыкновенная какая-то девица забрела - Зеркало энергией на несколько лет напитала, внешне от простого заклинания изменилась, да и вообще как-то неправильно себя вела. Вот он и решил...

– Поймать? В клетку посадить да изучить, что да как? Вскрытие сделать и досконально во всем разобраться?

– Ну, что-то вроде того, - смущенно согласился Волирэль.
– Нанял он каких-то головорезов, меня на помощь позвал... Я просто посмотреть хотел, ну не верил, что такое бывает. Мне с чисто научной точки зрения интересно стало. И вот...

– А у необыкновенной девицы оказались слишком острые зубы, - без всякого злорадства подытожила я. Похоже, мне уже нужно не только от гвардейцев, а еще и от магов за три километра шарахаться - не приведи бог кто-то из них вздумает вскрытие устроить, дабы выяснить, не отрастает ли у меня второе сердце. Кстати этот в высшей степени актуальный и злободневный вопрос интересует и меня саму, правда, не настолько, чтобы к местным хирургам под скальпель ложиться.
– Ну, и что мне теперь делать? Хоть ты сама на изучение отдавайся.

– Правда?
– тут же чрезвычайно возбудился и заинтересовался Волирэль.

– Ага, - печально подтвердила я.
– Ты ж посмотри, что со мной сталось.

Приподнятая маска заставила эльфа отшатнуться и скорчить удивленно-брезгливую гримасу. Потом, справившись с собой, он наклонился вперед и принялся пристально изучать мое лицо. Даже руку протянул потрогать, но, наткнувшись на мой взгляд, как на рогатину, охнул и поспешно отшатнулся, словно опасаясь быть заподозренным в нескромных или провокационных жестах.

– М-да, любопытный случай. И давно это с тобой?

– Уже второй день, - тихо и доверительно пожаловалась я.
– И не только лицо изменилось. Еще и уши. И талия, и... то, что ниже. Если я допускаю, что могу похудеть в поясе, то бедра... Они уменьшились в объеме. Но ведь такого не может быть, там же кость! И ноги тоже...

– Что ноги?
– тут же заинтересовался Волирэль.
– Укоротились?

– Нет, к счастью, - невольно вздрогнула я.
– Но стопы уменьшились.

– Ой, как интересно...
– застонал маг.
– Вот бы изучить все эти изменения как следует...

Я насторожилась. Того и гляди, сейчас этот любитель науки тоже вздумает пробовать меня связать.

Однако Волирэль не предпринимал никаких враждебных действий, только пожирал мою фигуру глазами, как пылкий рыцарь - вышедшую на балкон даму сердца. Эльфик, несмотря на заявление о собственных магических знаниях, выглядел таким молодым и беспомощным, что до умиления напомнил мне моих одногруппников. Разжалобившись, я протянула остроухому яблоко, которое приберегала для Барракуды. Волирэль благодарно кивнул и сгрыз сие небогатое подношение, меланхолично дергая ушами и поглядывая то на меня, но на увязанного, как подарочная коробка, мага. Тот, кстати сказать, как раз начал подавать признаки жизни, и я, взволновавшись, попросила Волирэля:

– Слушай, стукни его чем-нибудь, чтобы этот умник пакостей не намагичил.

– А почему я?
– немало удивился и даже слегка испугался эльф.

– А потом еще мужчины смеют утверждать, что бабы слишком большую волю взяли, - скорбно покачала головой я, с осуждением глядя на Волирэля.
– А что ж нам, бедным делать-то остается?

– Ладно-ладно!
– замахал руками пристыженный остроухий. Больше он не сделал ничего, однако возжелавший моего пленения Пьенивэль вновь обмяк, видимо, получив неслабый магический заряд.