– Оставьте это для своих постоянных клиентов, - фыркнула я, повернувшись.
– Какой-нибудь Кашпировский, может, и оценит. А мне нужнее сейчас салфетки. Карты Таро, думаю, не ототрут грязь с моего пальто.

– Есть салфетки. Для такой красивой девушки найдётся всё что угодно, - угодливо ответил старичок, стоявший за прилавком.

– Есть?
– тут же передумала уходить, и приблизилась к прилавку.
– Сколько?

– Для такой красивой девушки бесплатно... Почти, - ухмыльнулся старичок, протягивая мне маленькую упаковку влажных салфеток.

– Спасибо, не надо, - тут же сориентировалась в ситуации и попятилась назад.

– Мне нужна услуга, - и не подумал смущаться или комментировать мою попытку ухода старичок.
– Мне необходимо отлучиться на двадцать минут, присмотрите за лавкой.

– А что вам мешает просто закрыть дверь?
– фыркнула в ответ.

– Должен вернуться мой внук, - спокойно ответил старичок.
– Ключей у него нет, а моё дело срочное.

– Подождёт ваш внук, - не поддалась и на это объяснение.

– Болеет, паршивец, и всё равно сбежал на свидание. Как бы воспаление лёгких не заработал. Не хочется держать его на улице лишний раз. Беспокоюсь за него. Присмотрите?
– улыбнулся старикашка и поправил круглые очки на переносице.

– А если кто-то придёт и захочет что-нибудь купить?
– попыталась придумать вежливую отмазку.

– Ценники есть, да и потом, можете предложить покупателю пока выбрать и подождать хозяина. Ну так как? Согласны?
– спросил ещё раз старичок.

– Хорошо, - неуверенно ответила, больше причин для отказа в голову не приходило.

Да и не казалось сложным посидеть в магазинчике, дождаться неизвестного мне внука или владельца лавки, а потом уйти. Как раз минут за двадцать пальто и сапоги ототру. Да ещё и отогреюсь чуток.

– Вот и отлично, - обрадовался старичок, нагнулся, подхватил что-то из-под прилавка, открыл маленькую дверку под ним, и выскользнул наружу.

Покряхтывая, протащил мимо меня тяжеленный и огромный чемодан, из старых таких, начала прошлого века, быстро засеменил к выходу, по пути всучил мне салфетки, в рекордные сроки преодолел пять ступеней, ведущих к двери и выскользнул наружу. А я стояла, хлопала ему вослед глазами, не понимая, что за дело может быть с таким чемоданом. Контрабанда? Сало родственникам? Соленья-варенья? Или чей-нибудь труп?

Тряхнув волосами и сбросив с себя оцепенение, вызванное недоумением, с трудом нашла на прилавке свободное местечко и пристроила туда сумку с ноутом. Сняла пальто и присела на стул, стоящий у прилавочка и ближайшие минут десять была потеряна для окружающей действительности. Уж очень увлёк меня процесс оттирания пятен на светло-голубом пальто.

Разобравшись с одеждой и сапогами, переключилась на снотворное. Изучила инструкцию вдоль и поперёк, определилась с количеством таблеток, но само превращение их в порошок отложила до гостиницы. Не сразу же шеф в свой номер потащит, будет время подготовиться. Душем там отмазаться и приведением себя в порядок.

Завершив и с этим важным делом, стала с нетерпением поглядывать на вход в магазин. Владелец так и не соизволил появиться, а время его ухода я не засекла, потому вынуждена была теперь гадать, сколько минут прошло. Зато, начав нервничать, постоянно, почти не отвлекаясь, глядела на циферблат часов, ожидая, когда же явится хоть кто-нибудь. Прошло минут десять. Потом пятнадцать. Потом двадцать. Потом полчаса. Я уже зло притопывала ногой по деревянному полу и барабанила пальцами по прилавку. Потом не выдержала, прошлась по периметру небольшого магазинчика. И ещё кружок, и ещё один. Ещё через двадцать минут пришло понимание, что мне не помешал бы туалет. Ещё через полчаса, что он просто жизненно необходим, и есть опасность наделать дел прямо здесь и сейчас. Поколебавшись, нашла дверку, через которую выходил из-за прилавка старичок, открыла её и нырнула вовнутрь.

Приплясывая, открыла дверь, скрывавшуюся между стеллажами. А там принялась заглядывать во все комнаты подряд. Искомое нашла быстро и через пять минут выплыла из туалета вполне себе счастливая и способная более здраво мыслить. И что-то мне не нравилось такое долгое отсутствие и посетителей, и самого хозяина. Во что я влипла с этими влажными салфетками и приглядыванием за магазином? Ограбление? Убийство? Похищение? Контрабанда? На душе было муторно и беспокойно, и я выскользнула из-за прилавка, окинула мрачным взглядом магазинчик, накинула пальто, подхватила ноутбук и собралась делать ноги. Ну их этих владельцев. Сами придут и разберутся. Мы договаривались на двадцать минут, и если теперь кто-то разграбит тут что-нибудь, из-за того, что присмотреть некому, то это не мои проблемы.

Поднялась по ступенькам, решительно открыла дверь и вышла наружу. Сердито оглянулась на магазин и вывеску, сделала несколько шагов по улице и замерла на месте, пытаясь понять, что меня смутило. Ещё раз обернулась и вслух произнесла: "Мать-перемать!" Дрожащей рукой потёрла лоб, зажмурилась, надеясь, что мне мерещится, а потом снова открыла глаза. Вывеска, гласившая: "Лавка Скамейкина" никуда не девалась.

Тут следует сделать отступление и поведать, что зовут меня Ольгой Скамейкиной, и я никак не ожидала увидеть свою фамилию в столь оригинальном исполнении на вывеске чужого магазина.