Я вкратце рассказала ему всю историю, на что он ответил:

– Ты чокнутая, Лепнина. А если бы ты погибла? – его глаза горели бешеным огнем, он явно не считал меня умницей-разумницей.

– Сереж, - я положила одну ладонь с красивым цветочным маникюром на его коленку. – Я знаю, что поступила опрометчиво, но грузовик бы насмерть его сбил. А у моей машины только бампер разбит. Я успела отскочить на задние сидения, когда мы столкнулись.

– Ты понимаешь, насколько тебе повезло? – его голос вдруг треснул. – Ты в рубашке родилась, чокнутая. И как теперь, болят ребра?

– Побаливают, - не стала врать тут я. – Но они не будут долго заживать. Скоро все пройдет.

Он покачал головой.

Я слезла с кромки дивана и пошла в коридор. Достав из шкафа сникерсы, я обула их и, потянувшись за дубленкой, увидела, как путь к ней мне перекрывает Сережа. Он первым снял ее и помог мне одеться.

– Спасибо, - поблагодарила я, слегка улыбнувшись. Кинув в сумку на длинном ремешке телефон и пачку таблеток, я вышла из квартиры и закрыла ее. Сережа, прислонившись к лифту, ждал меня. Его куртка была обнесена снегом, а опушка насквозь вымокла.

– Там что, так уж метет? – поинтересовалась я, заходя в лифт.

– Ага. Вообще какой-то ужас. Не вздумай в такую погоду ехать к родителям одна.

– Я не поеду, машина вдребезги, а Леру просить не буду.

– Я могу отвезти, - предложил Сережа, когда лифт распахнул двери.

– Нет, ты что, - я покачала головой, выходя. – Я уже решила, что буду здесь. Тем более, Лера тоже остается. Справим вместе. А потом, ты же ее знаешь. Она позовет всех своих знакомых и друзей. Приезжай тоже..?

Тут на мою голову опустилось что-то, и я, остановившись, ощупала голову. Сережа одел на меня шапку.

– Зачем это? – засмеялась я.

– Тебя сдует, тупица, - он открыл подъездную дверь, и мы вышли на улицу.

Вот это да! Снега навалило еще больше, а острые колья в виде снежинок тут же впились мне в лицо.

– Черт! – я натянула шапку на глаза и слепо пошагала вперед. Сережа взял меня за руку и повел. Я слегка смутилась, но не стала придавать этому большое значение.

Когда мы добрались до его иномарки, я прокляла весь белый свет, что вообще вышла из дому. В такую погоду только на работу и ехать!

Озвучив свою последнюю мысль, я села в салон. Сережа закрыл за мной дверь, прыгнул следом.

– Я говорил тебе, оставайся дома. Так нет. Ты у нас героиня. Мученица.

– Брось! – я шлепнула его по руке, усмехнувшись. Он включил музыку, двинулся вперед. Моей главной мыслью на сегодня было, чтобы мы спокойно добрались на работу и обратно. По таким дорогам это будет проблематично.

Телефон завибрировал, и я достала его из сумки. Это Лера прислала сообщение:

«Я сдала, мать вашу! Еду к тебе в бар, будем отмечать.»

Засмеявшись, я ответила ей:

«Мы тоже едем, следи за дорогой!»

«Я – не ты.»

Сережа, завернув на улицу, где расположился бар, притормозил.

– Давай потихоньку выбираться. Ты как, нормально?

– Боже, у меня несколько трещин. Все нормально, - я закатила глаза и не удержалась от сарказма.

На что Сережа лишь покачал головой и выбрался из машины. Он помог выйти и мне, и мы, погрязая в сугробах, направились ко входу. Неоновая вывеска светилась даже сквозь метель. Мы заскочили внутрь, и я стянула шапку. Народу почти не было, и у стойки одиноко стояла Нина – утренняя официантка. Заметив нас, она приветливо улыбнулась.

– Привет, ребят.

– Привет, - Сережа отсалютовал ей. – Ну что, как смена?

– Никого вообще, - она покачала головой. – Наверное, Андрей Михайлович закроет бар. Он говорил сегодня, что если так будет и вечером, то закроет раньше.

– Черт, мы что, зря приехали? – я покачала головой. – Мы должны работать, мне очень нужны деньги! Я вчера въехала в грузовик, и мне нужно ремонтировать всю морду. Мне явно не хватит накоплений… В общем, засада перед новым годом.

– Эй, Редж, давай я поговорю со Стасиком, он поможет?

Стасик – парень Нины. Ему двадцать девять, и у него своя автомастерская.

– Да ладно? – я не поверила своим ушам. – Подешевле может выйти?

– Конечно, попрошу его взяться завтра. У него особых заказов нет. И по цене договоримся. Ладно?

– Боже, спасибо, Нин, - я ринулась к ней и обняла. Официантка обняла меня в ответ, и едва живые ребра затрещали.

– Ау-ау! – я взвизгнула, и девушка тут же отпустила. – Ребра.

– Ааа. Черт, прости, - Нина с извиняющимся видом посмотрела на меня. – Так… уже что, три доходит? Я побежала переоденусь. Стасик должен приехать.