– Я бы с радостью выдержал и больше, - тихо произнес Иллай, - Уж поверь. Но ты права. Нам следует поторопиться.

Мы быстро допили уже остывший чай и двинулись дальше.

Утреннее напряжение совсем испарилось. К тому же Солар разговаривала с нами по очереди, взяв на себя роль коммуникатора.

– Не смей болтать про вчерашнее, мохнушка! – яростно шептала я ей.

“Ха! Ещё вчера всё рассказала! Или я что, должна была это держать при себе”?

– Я тебя задушу! Драная ты кошка! – Прошипела сквозь зубы.

– Солар сказала, что ты только что назвала её драной кошкой, - Иллай явно веселился.

– Наглая ложь! Посмотри на меня и на неё. Ну и кто из нас мог бы такое сказать? Мы в равных весовых категориях, так что, учитывая мою ловкость, я бы не рискнула, - засмеялась и громко мысленно произнесла “Ябеда!”.

Иллай подошел ко мне совсем близко и тихо сказал:

– Вобще-то, ты первый человек, кому она позволяет с собой подобное. Это о чем-то да говорит.

“Я все слышу”.

– Она всё слышит, - сказали мы хором. И хором же засмеялись. Так много я смеялась разве только с Анной. С ним было легко, спокойно и, абсолютно точно, надёжно.

Вся вторая половина дня была просто прекрасной. Мы спокойно шли, приятно болтая, вдоль подножия Зигальги по светлому лесу. Было на удивление тепло и совсем не сыро. Влажность после ночного дождя выветрило ещё утром вместе с моим недавним помешательством, чему я была очень даже рада. Решив, что это был просто гормональный сбой, спровоцированный выбросом адреналина, я совсем успокоилась и теперь чувствовала себя в компании Иллая гораздо лучше.

Мы остановились на небольшой привал на открытом месте, немного поднявшись вверх по склону. Иллай вдруг кивнул мне и сказал:

– На тебе бабочка!

Глава 5

Я проследила его движение взглядом. На плече у меня сидел крупный светло-желтый махаон. Бабочка медленно раскладывала и складывала бледные крылья, как лютик-переросток на утреннем ветру. Я посмотрела на Иллая, боясь пошевелиться, и шёпотом осторожно сказала:

– На тебе тоже! – на рукаве его куртки затаилась маленькая голубянка.

– Бабочки… Опять, – улыбаясь, сказал он, - Это хорошо, - взмахнул, и та взлетела крошечной синей вспышкой.
– Мы остановимся здесь.

– Но мы должны придти к восточному краю, ты сам сказал.

– Ну, во-первых, мы почти у восточного края, день пролетел незаметно, я согласен. А во-вторых, бабочки – верный признак портала. Он откроется утром.

– Но почему бабочки?

– Они видят его, как пятно света и слетаются к нему, - юноша пожал плачами.

Я огляделась. Мы были на небольшом открытом каменистом пригорке, чуть выше верхушек нижнего леса. Далеко на юге горбатым оранжевым островом в игольчатом море виднелся Иремель. Клонящееся к западу солнце, уверенно раскрашивало его, как ослепительный маяк.

Я залюбовалась видом, вдыхая запах начала вечера. Интересно. Каждое из мест, здесь на Урале для меня обладало своим настроением. У Куперли – романтический восторг, в Каповой пещере почтение и странную связь, на Иремеле – озорство, здесь же я ощущала необыкновенную собранность и готовность. Вот только к чему? Обещая себе рассмотреть эту мысль поподробнее, я повернулась помочь Иллаю разбить лагерь.

Пригорок здесь упирался тыльной стороной в скалистый склон горы, образующий почти отвесную стену. А с запада был прикрыт небольшим, покрытым лишайниками, как кит, валуном. Как раз удобным, чтобы устроиться у него на ночлег.

– Ты помнишь, сегодня моя очередь дежурить? – я была за справедливость в походе. Взаимная поддержка и уважение всегда сулили успех всему предприятию. – К тому же, в моих интересах, чтобы ты был в состоянии меня защитить!

Иллай засмеялся.

– Хорошо, коротышка. Я посплю сегодня, - он смотрел в мои глаза улыбаясь, - Но только пару часов, - Иллай наклонил голову и покачал указательным пальцем.

Какого же цвета его глаза? Зелёные? Серо-карие? Солнце светило ему прямо в лицо, и косая тень от ресниц ложилась на щёки так, что невозможно было разобрать. Может быть всё-таки каре-зелёные? Почему-то это было очень важным. Тёмные, невероятные глаза. Я резко, со вздохом, провела ладонью в воздухе перед собой, прогоняя мысль и одновременно заставляя себя сдвинуться с места.

Мы разбили лагерь между камней. Здесь как раз было достаточно места, чтобы разместиться нам с Иллаем и Солар, и развести огонь. С востока росли невысокие разлапистые сосёнки. Так мы оказались защищены от ветра почти со всех сторон. Камни хорошо отражали свет и тепло. Пожалуй, это был самый уютный ночлег за все путешествие, считая от дома.

– Где ты живешь? – спросила, устраиваясь поудобней с чашкой травяного чая.

Хранитель недоумённо посмотрел на меня.

– Здесь. Везде. И всегда, - он растерянно улыбнулся.