Мы открываем дверь, и, чтобы хоть как-то осветить погруженную во тьму камеру, я зажигаю на ладони и осторожно отправляю вперед черный огонек. На магию другого цвета сил у меня пока нет.

Из мрака постепенно выступает силуэт с трудом приподнявшегося на локтях сильно избитого человека. Он моргает слезящимися от яркого света глазами и недоверчиво шепчет:

– Мара?

Девушка с каким-то задушенным криком раненой птицей бросается к нему и падает на колени перед распростертым на полу человеком.

– Шон!

Гремит цепь. Похоже, черный прикован.

– Разрушьте ее, – поворачиваюсь я к замершим в стороне братьям. И цепь, полностью подвластная мастерам металла, немедленно распадается по полу раскрывшимися звеньями.

– Ты, – хрипло выговаривает неловко садящийся и гладящий по голове Амаранту парень. – Я тебя узнал. Но ты же… не черный…

Я кожей чувствую его прожигающий взгляд и решаю поторопиться:

– Это сейчас не важно. Нам надо забрать вас отсюда.

– Зачем? Куда? С какой стати тебе помогать нам? Я же тебя чуть не убил, Леор фо Нойр, сын архимага Гидонии, – презрительно говорит он.

– Хочешь попробовать снова? – спокойно встречаю я его лихорадочный взгляд.

– Нет. Мне это больше не нужно. Я уже говорил им, да только они не поверили.

– А я, пожалуй, попробую тебе поверить. Не желаешь поклясться не причинять вред королю, его семье, моему отцу и моим друзьям?

– А тебе самому?

– О себе позабочусь сам, – хмыкаю я.

– Клянусь не причинять вреда ни королю Гидонии Алесандру фор Акору, ни его семье, ни архимагу Гидонии Дарию фо Нойру, ни его сыну Леору фо Нойру и никому из его друзей, кого бы он ни назвал в их числе. Клянусь своей силой и кровью.

И с этими словами избитый черный маг зубами разодрал свое запястье, капая стекающей струйкой крови прямо на грязный каменный пол. Что-то дрогнуло в пространстве, и я ощутил колебание магии, заволновавшейся вокруг. Черной магии. Вот какой должна быть настоящая магическая клятва, а не то, что я соорудил в подземельях жрецов для неопытной бедняжки Амаранты. И никакого собственного имени в формуле – так вернее. Имя так мало значит в Срединном мире, не то что в других мирах. А парень-то поклялся без сомнений и без обмана. Верит? Надеется? Проверим.

– Список я тебе потом продиктую, – снова усмехаюсь я. – А теперь нам надо спешить.

Но выясняется, что бывший адъютант Альрика Витте не способен не то что идти, а даже просто встать на ноги. Но нас трое мужчин, и мы с горем пополам вытаскиваем его из подвалов дворца, оказавшихся самой настоящей тюрьмой. Нам везет. На пути не попадается никого, кроме уже зачарованных стражников. Внешне я спокоен и держу себя в руках, но внутри я зол. Очень зол на Альрика. За то, что не без его приказа черного избили до такой степени, что он сам почти не может переставлять ноги.

– Как тебе удалось сохранить магию? – шепчет мне на ухо висящий на моем здоровом плече Шон.

– Остались крохи, – отвечаю я.

– Но даже их не должно быть.

– Сожалею, что расстроил.

– Я не хотел, чтобы так случилось…

Наконец, мы выбираемся в сад, и я облегченно вздыхаю. Еще несколько шагов, и мы окажемся у условленного места. Амаранта стремится поддержать спотыкающегося любимого, но мы с парнями дружно шикаем на нее, и девушка просто идет рядом, то обеспокоенно заглядывая Шону в глаза, то нервно крутя головой, пытаясь осмотреться.

– Куда мы идем? Он долго не выдержит, – спрашивает она.

– Уже недалеко. Извини, твою сумку мы не нашли. Сможешь выходить его без своих припасов?

– Да, – сначала с сомнением, а потом уже более уверенно отвечает девушка. – Да, смогу.

– Вот, возьми. Здесь немного денег. На первое время. Потом мы найдем вас. Просто спрячьтесь там, куда отвезет вас Зоккуар, – говорю я.

– Зоккуар? Он здесь?

– Да. Ждет нас. А вот и он!

У фонтана черной статуей замер дракон. При нашем приближении он чуть шевелится, и только это, да неизменный меч на боку позволяют в темноте отличить его от украшающих сад статуй.

– Вот. Забирай их, – вместо приветствия указываю я на притихших молодых людей. – Все, как договаривались.

– Хорошо, Леор. Будем ждать. Береги себя, – сжимает он мне здоровое плечо. – Мне перекидываться прямо здесь?

В голосе тэшшера Торийского звучит сомнение, но я утвердительно киваю в ответ:

– Король переживет и без фонтана.

– Почему ты помогаешь нам? – вклинивается в разговор все это время молчавший черный.

– Потому что обещал, – уже не знаю, какой по счету раз произношу я одни и те же слова. И слышу в ответ неожиданно: