– Подожди, - голос охрип. Я подняла ладонь, останавливая подругу.
– Ритуал Ари - это самоубийство Кармель? Она выпила не отраву, а зелье алхимика?

– Да, - после паузы, согласно склонила голову Майя.
– А ты сообразительная...
– прошептала она.

– Я - дура!
– с чувством объявила я. Детали головоломки укладывались в мозгу с потрясающей воображение скоростью.

Вот значит, каким образом Кармель спасла свой род! Ритуал... Макта ушел бы, получив с Арденсов долг Лазара, а он порвала долговую расписку! Обозленный Макта решил задержаться. Сел на трон Терратиморэ, наплодил темных тварей, пьющих жизни всех без разбору вместо жизней одних Арденсов...

– Старая ведьма!
– прошипела я.
– Макта ушел бы, забрав долг! А Кармель оставила нас этим чудовищем в едином болоте лжи!

– Поле смерти старшего сына Кармель думала лишь о защите других детей от Макты. Она надеялась спасти нерожденного ребенка Семель - прямое продолжение сына-Короля. Семель в итоге не пожелала подчиниться: уехать в глушь, родить, но это уже другая история.

Я притихла. Возможно, на месте Кармель я поступила бы также... Но у каждой из нас свой путь. Я откинулась на спинку стула, картинно вылила воду из пузырька на пол.

– Продолжим беседу. Какие вы, темные твари? Как вы рождаетесь, как питаетесь? Есть у вас лидер?

– Чтобы сделать человека темной тварью, нужно смешать кровь человека и твари. Я говорю, как удобно тебе, но имей в виду, мы предпочитаем называться отрекшимися от смерти, - Майя фыркнула.
– Твари! Это охотники придумали, так им, конечно же, легче нас убивать. Человеческая пища для нас безвкусна, мы пьем живую кровь. Людей, в основном, хотя можно и животных. Мы охотимся ночью: солнце отнимает силы у первого поколения и вовсе сжигает более отдаленных потомков Макты. Мы не старимся, не болеем, как люди, но и не способны зачинать детей, как вы.

– Вы отличаетесь друг от друга способностями, это я давно поняла. А что такое первое поколение?

– Это те, кто получил кровь Макты. Нас всего пять, - Майя чуть помедлила.
– Ладно, скажу! Это Гедеон Вако, Алоис Митто, Хонор Дивелли, Семель Тенер и я. Точнее, мое имя должно стоять первым в списке. Мне уже сто лет.

– Сто?! - я взяла себя в руки, вспомнив, что Макте по словам Гедеона - сто сорок.
– Но как же... я помню твоих родителей, ты так хорошо рассказывала о своем детстве...

– Ложь, игра... чары. Отрекшиеся от смерти первого поколения очень искусны в чарах.

– Гм, чары Вако я почувствовала сразу, - фыркнула я.
– Если б еще знала тогда, откуда тянется этот дурман!

– Юные обращенные не сразу учатся ими пользоваться. А Вако и Митто сравнительно юны, Макта обратил их, когда те приехали к нему в свите Арденса-Четвертого. Днем у юных чары часто вовсе пропадают, зато в вечерние часы бьют смертных так, что они порой действительно валятся без сознания, - Майя хихикнула.
– Не забуду, как Гедеон отбивался от толпы поклонниц на балу! Там, в комнатке, куда тебя угораздило забрести...

– Кусай других, - я опять помрачнела.

– Извини, - тварь примирительно подняла ладони.

– А остальные твари слабее первой пятерки?

– Гораздо слабее. Их сжигает солнце и вода из источника Донума. Они чаще голодны и не искусны в чарах. Это получившие не кровь Макты, а кровь кого-либо из первой пятерки. Они плодятся уже и без нас, и третье-четвертое-пятое поколения аналогичны второму по способностям.

– А крылья?

– О! Крылья!
– Майя мечтательно закрыла глаза.
– Макта подарил их нам в первую же осень. Прекрасный подарок! Мы поделились крыльями со вторым поколением, а те передают черную тень Макты дальше.

– Зачем Макте крылатая армия? Только ли для охоты за уцелевшими Арденсами?
– я нахмурилась. Смутные видения, одно другого страшнее, листались как страницы книги в серебристой глубине осколков зеркала на полу. Мне виделось, что черная туча тварей пожирает Термину и идет на юг, в Донум. Вспомнились слова Эреуса: "И каждая убивает одного человека в три дня, и каждая, как сумасшедшая, делится своим проклятием с юными и наивными..."

– А ты представляешь, что это за поиск? Макта хочет проверить каждого смертного в земле страха на принадлежность к Арденсам. Ему нужно много проверяющих. Но дело не только в этом, - подруга опять посерьезнела.
– Мы наконец-то подобрались к той части истории отрекшихся от смерти, которая касается семьи Эмендо. Ты готова ее услышать, подруга?

– Да, - ни на секунду не задумавшись, сказала я. Майя минуту побуравила меня глазами, но опять уступила:

– Хорошо, я расскажу. Какой у тебя тяжелый взгляд стал, Ариста! А эмоций столько, что будучи темной тварью, ты могла бы жить только за счет них... какое-то время.

– А ты за сто лет никого не теряла?

– Никого, кто был бы столь же дорог, - Майя вздохнула.
– Ладно, вернемся к нашим тварям! Макта создал нас с одной целью: чтобы мы нашли всех потомков Арденсов и уничтожили их, убив тем самым и себя. Наше существование зависит от существования Арденсов, так задал Макта. Мы живем и плодимся, пока живут и плодятся они. Макта не учел одного: мы - не покорные куклы. Отрекшиеся от смерти не отрекаются ни от разума, ни от души. Поэтому для нас естественно желать свободы и бояться смерти. Но воспротивиться прямо мы не можем - Макта способен убить непокорных одним взглядом. Убить его также нельзя. Говорят, есть какой-то Голос Бездны, направляющий Макту, уничтожение которого сильно ослабит и Макту, но пока нам не удалось хотя бы выяснить точно, кто или что такое этот Голос Бездны. Может быть, Нонус знал это... но он исчез И Вако придумал пустить в бой против ненависти Макты ненависть народа. Мы создаем десятки темных тварей, будто бы для поисков Арденсов, а на самом деле, чтобы они терзали людей. Мы не контролируем их голод, контролируем только слухи, обращающие бесчинства тварей бесчинствами Макты.