— Завтра Луиза обещала приехать к двум часам дня, — садясь в кресло, проговорил Сальватор.

— Но в это время мы будем заняты, — произнес Мишель.

— Луиза — самостоятельный человек, милый, и обойдется без нас, — возразила Николь.

— Пожалуй, ты права, дорогая, — ответил де Луэстен.

Вскоре счастливые гости, раскланявшись, уехали. В эту ночь Сальватор долго не мог заснуть. Молодая пара, получившая надежду из его рук, вновь всколыхнула воспоминания молодости.

— Почему так устроен человек? — подумал профессор, — столько хороших людей вокруг, и столько одиноких: Луиза, Ольсен… Джеймс, его странные отношения с женой… Жаль, что чувства нельзя оперировать, а впрочем…

Постепенно мысли ушли, а им на смену пришли сновидения…

Утром Сальватор проснулся со свежей головой. День как обычно начинался с обхода пациентов, которых, к счастью, сейчас в клинике было мало. Проходя мимо палаты, в которой лежал когда-то Карлос Менес, Сальватор чуть было не зашел и туда.

— Господин профессор, здесь никого нет, — произнес доктор Сандро.

— Да, конечно, — ответил он и, проговорив: — спасибо, коллеги, — направился в свой кабинет.

Какая-то тяжесть, появившаяся внутри перед обходом, вывела Сальватора из состояния душевного равновесия. Он попытался писать. Нет, ничего не получалось.

— Что это со мной? — вслух произнес доктор и взглянул на часы: — Тринадцать тридцать… Через полчаса Луиза де Луэстен приедет… Нужно приготовиться.

Сальватор собрался с мыслями и, подойдя к окну, взглянул в него. В километре от виллы проходила скоростная автомобильная дорога, на которой сейчас было оживленное движение. Оторвав взгляд от мелькавших машин, профессор снял халат и пошел переодеваться, дав по дороге необходимые указания к обеду. Когда он был почти готов, в комнату вбежал Ольсен. В таком виде рассудительного и неторопливого управляющего профессор еще не видел: волосы растрепаны, глаза, выпрыгивающие из орбит…

Переведя дух, он хриплым голосом проговорил:

— Там Луиза!..

— Что с ней?!

— Автомобильная катастрофа…

Какое-то мгновение Сальватор не мог сдвинуться с места от чувства тяжести, сковавшего его тело, но уже через пару минут профессор находился в приемном отделении.

Луиза лежала на носилках, правая рука безжизненно свисала вниз. Бледное лицо обрамляли золотистые волосы, потемневшие у левого виска от сгустков крови. Оба ассистента уже находились возле пострадавшей.

— Тяжелая черепно-мозговая травма, — проговорил Вейслин. — Еще жива, но шансов почти нет.

Сальватор мгновенно оценил состояние девушки и, заметив Ольсена, быстро проговорил:

— Сейчас же найди господина де Луэстена и его супругу. Пусть приезжают немедленно. Больную в операционную блока № 1. Подключите систему жизнеобеспечения.

Ассистенты переглянулись.

— Срочно определить все лабораторные параметры, включая генотип. Нужно сделать все, чтобы не потерять девушку.

Минут через сорок, когда все, кроме генотипа, было определено, приехали Мишель и Николь.

— Друзья, — проговорил Сальватор, встречая их, — упреждая ваши вопросы, скажу, что надежда умирает последней и, хотя состояние Луизы крайне тяжелое, — оно все же не безнадежное. А сейчас прошу вас набраться мужества и потерпеть.

Оставив их, Сальватор пошел в операционную.

— Господин профессор, — проговорил Вейслин, — невероятно, но нам второй раз везет — у пациентки полное совпадение генотипа с тринадцатым вариантом мозга дельфина с кодовым шифром «ЗКПА 777», — и Джеймс протянул ему лист лабораторного исследования.

Де Аргенти предчувствовал, что совпадение шифра должно было произойти — и как человек не хотел этого для Луизы…

Оценив деятельность системы жизнеобеспечения, Сальватор дал указание приготовить все к операции — предстояло удалить часть травмированного и уже нефункционировавшего мозга человека и заменить его соответствующим участком здорового мозга дельфина.

«Нужно получить разрешение на операцию у брата», — подумал он. А это означало — раскрыть тайну Ихтиандра и депутата Менеса…

В мыслях промелькнул образ профессора Джонсона и текст письма П. Санчеса.

— А если Мишель окажется шпионом? — подумал Сальватор, но в этот момент перед глазами встало бледное лицо Луизы с посиневшими губами.

— Будь что будет, — решил он, — придется рискнуть.

Он прошел в комнату, где находились родственники потерпевшей.

— Николь, примите мои извинения, но я хотел бы поговорить с вашим мужем наедине…

Молодая женщина кивнула.

— Прошу вас, Мишель, в мой кабинет.