– Все, что угодно, - сказал Истон без колебаний.

Отец повернулся и посмотрел в решительные глаза Истона.

– Тогда у меня есть идея получше.

Глава 29

Истон

Я стоял на пустом балконе переполненного зрительного зала, призраком среди живых. Гвен сидела на выступе, болтая ногами. Я прислонился к перилам, ища моего лучшего друга в толпе. Гвен наклонилась и мягко поцеловала меня в уголок рта. Я потянул ее и развернул, таким образом, что она оказалась прижата к моей груди.

– Я просто дразню.

Она усмехнулась и прижала нос к моему, греясь в жаре, созданном между нами.

– Ты хотел большего?

В ответ я поймал ее улыбку своими губами. Гвен выдохнула в мой рот, и я простонал в ответ. Я никогда не устану от этого звука. У нас не часто бывала такая возможность. Ее отец начал больше ее нагружать из-за нашей сделки. Договоренность сделать меня жнецом Небес точно не была в моей зоне комфорта, и я все еще не был полностью принят, но в эти моменты каждая жертва того стоила. Я использовал каждое мгновение, чтобы пробовать ее, любить ее, ощущать, как ее тело прижималось к моему. Я перебирал пальцами ее длинные, пламенные пряди и тянул за них, чтобы открыть ее горло. Она ахнула, когда мои губы прижались к местечку под ее челюстью, я знал, что это сводило ее с ума.

– О!
– Она оттолкнула меня, и я зарычал, пытаясь вернуть ее обратно. Этого было не достаточно. С ней этого никогда не было достаточно.
– Они назвали его имя!

Я вздохнул, вернул ее обратно на ее место, на перилах, и встал рядом с ней, наблюдая за студентами в шапочках и мантиях под нами.

– Финн Картер, - произнес объявляющий в микрофон. Толпа хлопала, пока Финн брал свой диплом. Он улыбнулся людям и поклонился, когда спрыгнул со сцены, чтобы укоротить свой путь к Эмме. Коса на моем бедре начала нагреваться. Гвен прикусила губу и нахмурилась, когда я чертыхнулся.

– Снова?

– Да.

Она спрыгнула со своего места.

– Я пойду, скажу отцу, что ты занят. Он может заставить новичка сделать это.

Я должен был сказать «нет», но не мог. Я должен был быть здесь. Финн стоял на грани того, чтобы выйти и жить своей жизнью. Он собирался идти дальше. Жить той жизнью, какая была предназначена. Он собирался стареть. Я должен был увидеть это.

– Спасибо, Рыжая, - пробормотал я в губы Гвен, когда поцеловал ее.

Она улыбнулась и щелкнула меня по носу.

– В любое время.

Она исчезла во вспышке жемчужно-серого света, оставив меня одного в море людей. Я ждал, когда пройдет остальная часть церемонии, затем пробился сквозь толпу в солнечный свет, где собирались семьи, фотографируясь и плача.

– Это странно, не так ли?

Я улыбнулся и повернулся, чтобы посмотреть на Анаю, стоящую около меня, наблюдающую за людьми вокруг нас.

– Какая часть?

– Видеть кого-то, о ком ты думал, что он застынет во времени, как он растет, идет дальше.

Мы стояли рядом и наблюдали за Финном, Эммой и смеющимся Кэшем. Я потер грудь, думая, что не должен был чувствовать то, что чувствовал. Но это было так. Гвен, должно быть, влияла на меня.

– Готов сделать это?
– спросила Аная.

– Да, - сказал я.
– Я обязан навестить их.

Мы глубоко вздохнули и пожелали стать материальными, придвигаясь поближе. Аная толкнула меня локтем и улыбнулась.

– Между прочим, мне нравится белый. Он неплохо на тебе смотрится.

Я закатил глаза.

– Предпочитаю черный, но очевидно нельзя пугать людей, когда ты - жнец Небес. Пойди, разберись.

Финн остановился, когда увидел меня, и после доли секунды моих сомнений, что он не хотел меня здесь видеть, он усмехнулся. Я подошел, и Кэш рассмеялся, когда увидел меня.

– Черт побери!
– Он похлопал меня по спине, и я нахмурился.
– Вот этого я никогда не ожидал увидеть.

Финн присвистнул.

– Жнец Небес, ха? Как, черт возьми, это произошло?

Гвен. Это просто была Гвен. Она нырнула с головой в мою тьму и вытащила меня оттуда. Дала мне надежду. Любовь. Все. Вместо этих слов, я просто пожал плечами.

– Девушка, - сказал я.
– Девушка может изменить все.

Он бросил быстрый взгляд на Эмму, которая фотографировалась со своей мамой. Его взгляд смягчился, и он кивнул.

– Да. Они могут.

Если кто-нибудь понимал, то это был Финн. Он вернулся к жизни ради девушки. Сколько ребят могли сказать тоже самое? Он усмехнулся мне.

– Выглядишь счастливым, - сказал он.
– А счастье хорошо смотрится на тебе.

– Я думал, что нравился тебе, когда был угрюмым придурком, - пошутил я.