– Право? Так, где же он?

– Иван не любит терять время на разговоры, – ответил за всех Урусов. – Он более живет в своем воображении.

Теперь мне многое стало ясно. Выходило, что Иван не зацикленный на своих комплексах одиночка, а член какой-то организации, ставящей перед собой глобальные планы мирового господства. Единственное, в чем я очень сомневался, что именно ему предстояло быть властелином мира. Оба его взрослых приятеля никак не походили на людей, которые станут работать на чужого дядю.

– И уже есть возможность осуществить ваш план? – неожиданно для меня спросил контрастную парочку старик.

Ему никто не успел ответить. В буфетную вошел лакей и передал приглашение хозяйки всем перейти в гостиную. Марья Ивановна избавившись от изнуряющих болей, была весела, доброжелательна и хотела всех видеть счастливыми. Тотчас она пристала к Петрову, чтобы она спел.

– Денис Константинович, дорогой, Анна Сергеевна еще не слышала вашего пения и мечтает…

– Да, Денис Константинович, пожалуйста, – вмешалась в разговор и моя княгиня, – Марья Ивановна столько рассказывала о вашем дивном голосе…

Судя по впечатляющей комплекции и лицу, у Петрова должен был быть высокий тенор. Тем более, на его полных щеках я не заметил никаких следов растительности, что могло говорить о его условной мужской сущности.

Толстяк, томно закатил глаза и слегка поломавшись, согласился спеть. Его худой приятель сел за рояль, открыл крышку и пробежал длинными, сухими пальцами по клавишам. Судя по первым аккордам, играть он умел.

Концертмейстер тихо переговорил с певцом и заиграл вступление. Что это была за мелодия, я не знал. Похоже, какая-то итальянская ария. Денис Константинович закатил глаза и запел. Голос у него был совершенно необыкновенный. Думаю, по вокалу он не многим уступал самому Лучано Паваротти. В небольшом зале слышать такой высокий, чистый, красивый тенор было просто волшебно.

Петров пропел первые куплет, перешел к припеву и начал поднимать высокую ноту. Это было потрясающе, ничего подобного в «живую» я еще никогда не слышал. А он все поднимался и поднимался и, вот, когда дивный голос достиг неимоверной высоты, я его узнал и едва сдержался чтобы не закричать. Это был Магистр тайного ордена, поклоняющегося козлу и занимающимся человеческими жертвоприношениями. Я когда его впервые встретил, прозвал про себя «Вием».

Когда-то в самом начале своего бесконечного путешествия я попал к этим уродам в руки, и они пытались использовать меня в качестве жертвенного барана в своих кровавых игрищах. По неимоверному везению, мне удалось избежать гибели и даже спасти беглого солдата Ивана, нынешнего моего товарища, ждавшего своей очереди повисеть вверх ногами над кровавой жертвенной чашей. Тогда же я сумел похитить у них реликтовую саблю, и бежал, погасив в зале все факелы. Во время побега, в кромешной темноте я ранил магистра, чьим необыкновенным тенором теперь вынужден был наслаждаться.

Не знаю, что, обстоятельства или судьба опять столкнули меня с этим человеком. Столкнули, чтобы дать разобраться с ними раз и навсегда. Слишком много эти ребята попили моей крови, много раз пытаясь убить и гоняли по всей стране, чтобы я теперь упустил шанс с ним поквитаться.

– Это божественно! – простонали женщины, когда последние отзвуки божественного голоса отзвучали в теплых стенах большой гостиной.

Надо же, такой мерзкой твари достался такой талант, подумал я.

– Что вы собираетесь делать дальше, – низко, наклонившись ко мне, спросил старик.

– Вызову на дуэль и пристрелю, – пробурчал я сквозь зубы, и только после этого понял, что ответил ему вслух. – Вам, собственно, какое до этого дело?

– Не советую, – усмехнулся старик, никак не реагируя на мою грубость. – Он все равно никогда не согласится с вами стреляться, а вы себя выдадите.

– Послушайте, вы кто такой? – спросил я. – Что вы вмешиваетесь в мои дела?!

– Простите, я не хотел вас обидеть, – миролюбиво ответил старик, – но мне бы очень не хотелось, чтобы вы совершили непоправимую ошибку.

– Какая к чертям ошибка, вы знаете кто этот человек?

– Знаю, ваш смертельный враг, как, собственно, и мой.

– И ваш тоже? – глупо переспросил я. – Тогда, что вы здесь делаете?

– Слежу за ним и его помощником, – ответил он.

Я с сомнением посмотрел на старика, был он таким слабым и ветхим, что не только за кем-то следить, но, казалось, ходить мог с трудом.

– Простите, нас не познакомили, я даже не знаю вашего имени.

– О, это легко исправить, – улыбнулся он, – называйте меня, как и прежде «Инопланетянином».

Честно скажу, я даже не очень удивился. Мне кажется, уже был внутренне готов к чему-нибудь подобному. Потому сразу же взял быка за рога:

– Вот и прекрасно, что мы, наконец, встретились, у меня к вам давно накопилось много вопросов!

– Тише, пожалуйста, Алексей Григорьевич, тише. Не мешайте дамам слушать божественный голос господина Петрова.

Я пришел в себя и осмотрелся по сторонам. Обе княгини чуть не на коленях стояли перед толстой сволочью и в один голос молили, воздевая руки: