– Бекки, куда все подевались?

– Мистер Прайс в офисе, а госпожа с мисс Эмбер с раннего утра отправились в город.

– Зачем? – в сердце девушки начала запускать корни обида: как они могли уехать без нее???

– Эмбер решила провести тематическую свадьбу, так что нужно срочно пересматривать всю концепцию.

Обида исчезла так же быстро, как и появилась. Эмбер была в своем амплуа: десять дней до свадьбы – самое время поставить все с ног на голову. Бедный Джей, как бы он не передумал прямо у алтаря. Тематическая свадьба – серьезно? На дворе двадцать первый век, они живут в доме, построенном чуть ли не в восемнадцатом, и пользуются водой и электричеством строго по расписанию. На всю семью у них два компьютера, одна машина, которые так же используются в случае крайней необходимости в отчаянной попытке спасти планету. Неужели свадьба в подобной обстановке сама по себе не становится тематической? А теперь еще в программу входят инопланетяне. «Апокалиптическое бракосочетание» – чем не тема, а?

В любом случае, это были проблемы Эмбер. Что же касается Николь, то для нее день начался очень даже хорошо. Пока сестры нет дома, никто не станет забивать Никки голову по поводу организации торжества и девичника. А пока нет пришельцев – можно хоть свободно дышать. В собственном доме. Перспектива полной свободы на ближайшие несколько часов так сильно воодушевила девушку, что даже тосты показались ей сегодня особенно вкусными, а кофе – особенно ароматным. Николь уже собиралась сделать комплимент экономке, когда заметила, что та оперативненько собирает идентичный поднос: пара тостов, джем, кофе.

– Бекки, а это…

– Это для мистера Арчера, детка.

– Что?! – от неожиданности девушка аж поперхнулась и во все глаза уставилась на женщину. Как это возможно? Разве он не должен охранять свою драгоценную Дафну?

– Ему снова нездоровится, – объяснила Ребекка. – Бедняга никак не может привыкнуть к нашей местности. Интересно, неужели у них там, в Америке, климат так сильно разнится с нашим?

– Ты даже не представляешь насколько, – буркнула Никки себе под нос, громко отхлебнув кофе.

– Что? Что ты там вечно шепчешь себе под нос, девочка?

– Да так, ничего, – настроение Николь пикировало вниз с бешеной скоростью. Да, как же, осталась она одна. Размечталась. Складывалось такое ощущение, что этот Зомби нарочно портил ей жизнь. Мало того, что она уже третий день носит одежду с длинным рукавом (это при том, что жара стоит нереальная), перестала подниматься на крышу, обедать в столовой… Да она из кожи вон лезла, чтобы не встречаться с этим пришельцем! А что делает он? Ходит с таким видом, как будто он тут хозяин, смотрит на всех свысока, если вообще когда-либо смотрит на кого-то помимо Дафны, и молчит. Ну вылитый Зомби!

Было еще кое-что, чего Николь не могла ему простить: вода и электричество. Сославшись на работу, он попросил не отключать электричество в дневное время. Но он же телохранитель! Какое к черту электричество?! Ну а воду перекрывать не стали по приказу дяди: Зомби болел, а Дафна не привыкла к таким жестким условиям. Капризные инопланетные пиявки! Единственным, кто не раздражал Никки, был Дин. Молодой, веселый, он с таким восторгом воспринимал новую информацию, будто ребенок. Он даже начал потихоньку учить английский. Это было не так сложно, потому что интеръяз был составлен на его основе. Правда, он все же продолжал делать ошибки и коверкать слова, но это было так мило и забавно, что за ним можно было записывать, чтобы потом, в моменты грусти, перечитывать.

– Отнесешь? – Ребекка с улыбкой кивнула на поднос. Еще один риторический вопрос. Женщина прекрасно знала, каким будет ответ.

– Нет! – все же ответила Николь, брезгливо отодвинувшись от ноши. Кей и так смотрит на них, как на грязь: не хватало, чтобы она еще начала ему прислуживать. Никки и Ребекке бы не позволила этого делать, но женщина, по какой-то необъяснимой причине, прониклась к пришельцу симпатией. По еще более таинственной причине тетя Николь, которая так любила принимать гостей и которая с таким нетерпением ждала «американцев», воспылала к ним неприязнью. Никки до сих пор гадала, что же такого могло произойти, что заставило Эбигейл Прайс наплевать на гостеприимство и открыто намекать на то, что в отеле гостям было бы удобнее. Конечно, эти намеки были очевидны только для семьи, так как Дафна была единственной, кто понимал английский, но вряд ли ее знаний языка было достаточно, чтобы уловить подтекст разговора. Правда, лицо тетушки говорило красноречивей любых слов: улыбка была натянутой, глаза – холодными. Во время представления гостей Николь даже показалось, что она заметила в глазах тети страх. Может, у некоторых землян есть врожденный «врагометр», и Эбигейл почувствовала то же, что и Никки – гости опасны?

– Ну как знаешь, – усмехнулась экономка и взяла поднос. – Тебе что-нибудь нужно?

– Нет, спасибо. Знаешь, я, наверное, поеду к няне, – Николь уже не хотелось оставаться дома, а в клинике она сможет отвлечься. Может быть, она снова найдет и побеседует с тем старичком, Филиппом: он наверняка сможет рассказать еще что-нибудь про этих инопланетян. – Может, ты хочешь ей что-то передать?

Мэриан и Ребекка были старыми подругами. Когда-то они бок-о-бок трудились в доме Прайсов, но после того как няню забрали в клинику, Эбигейл запретила кому-либо в доме поддерживать с ней контакт. Николь, конечно, смогла обойти этот запрет (не без помощи дяди), но Ребекка и все остальные, кто зависел от Прайсов, дорожили своей работой, смиренно подчинялись. Еще один бзик тети, который Николь никак не могла объяснить.

– Нет, детка, – экономка грустно улыбнулась. – Как она?

– Хорошо. Насколько хорошо может быть в психушке, – девушка залпом допила кофе и встала. – Я пойду, Бекки. Если вдруг тетя с сестрой придут раньше, скажи, что я…

– …катаешься на велосипеде, – закончила за нее экономка. Легенды Николь в последнее время не отличались особым разнообразием.

Услышав шаги, Кристиан тут же свернул планшет и положил его в карман. Тяжелая, ровная поступь. Маленький каблучок. Мужчина понял, что это была Ребекка еще до того, как она вошла. Эта конкретная представительница землян не вызывала у него особой неприязни: женщина была достаточно умна, чтобы понимать свое место и вести себя соответственно. Единственное, что его раздражало – ее излишняя инициативность и привычка входить в комнату, хоть и постучавшись, но, не дожидаясь ответа. Не глядя на поднос, он кивнул в немом «спасибо» и продолжил работать. Точнее имитировать занятость, ибо работать в присутствии посторонних он не мог. И не только из-за планшета. Во время мыслительного процесса он не мог стоять на месте, а если даже его тело и находилось в относительной неподвижности, то все остальное приходило в движение: его способности потихоньку возвращались. Пусть он не мог делать еще многих вещей, но притянуть стакан или заставить бумаги парить над поверхностью стола – запросто. Причем последнее происходило против его воли: он просто слишком уходил в свои мысли, чтобы контролировать это. Да и вообще, раньше у него не было причин держать способности под контролем, так как именно за них его уважали, а некоторые побаивались. Не говоря о том, что это возбуждало многих девушек.