– Разумеется, – Зомби продолжал недоумевать. – Ниса, нас, хранителей, не так уж и много. Скорее всего, у нас всех один общий предок, максимум – парочка, так что мы все друг другу кем-то да приходимся. Какое это имеет значение? Если бы родственные связи служили амнистией, то нам просто некого было бы сажать в тюрьму.

– Ты меня не понял, – выдохнула Николь: ее воображение уже во всю рисовало вариации на тему «размножение почкованием». – Я не имею в виду корни твоего геологического древа, я говорю о твоей ветке, о твоем сучке, понимаешь?

– Чего-чего? О моем…что? Сучке?? – мужчине показалось, что он ослышался. Но, по крайней мере, теперь он узнавал свою сумасшедшую.

– Он твой брат, Кей. Родной, – девушка перевела взгляд на Демона. – У Мэриан Абрамс были близнецы. У Эйдена Малика были близнецы. То есть, они все еще есть – это вы. Ты и Дэвид.

– Ну-ка посмотри на меня, – обхватив ее лицо руками, Кристиан развернул его к себе и пристально вгляделся в ее глаза: может, он все же ошибся, и невидимка успел промыть ей мозги. – Ты себя хорошо чувствуешь? Спроси себя, откуда ты знаешь про…

– Я не под внушением, – раздраженно буркнула та, отводя от себя его теплые ладони: и почему он всегда шел на телесный контакт только тогда, когда под сомнение попадала ее вменяемость?! – Мэриан рассказала мне об этом еще до того, как ее закрыли в дурке. Собственно говоря, из-за этого ее там и закрыли: она утверждала, что ее сына забрал отец, следы которого остыли тучу лет назад.

– Все верно, – Кей продолжал обеспокоенно всматриваться в лицо собеседницы. – Она утверждала, что Дэвида забрал Малик, поэтому…

– Да нет же! В этом-то и все дело: Малик забрал Дэниела, не Дэвида! Дэвид все это время был здесь, на Земле, ты сам это прекрасно знаешь.

– Знаю, – кивнул мужчина. – У Мэриан Абрамс психическое расстройство: она считала, что ее сына забрал отец, хотя, на самом деле, Дэвид всегда был с ней…

– ДА НЕТ ЖЕ, БЛИН! – взорвалась девушка. – Нет у нее никакого расстройства! Она. Не. Сумасшедшая!

– Хорошо, она не сумасшедшая, – примирительным тоном согласился Зомби, отходя назад, подняв руки вверх. – Как скажешь.

– У нее было два сына. Два, понимаешь? Дэниел и Дэвид. Когда Малик вернулся на Эстас он забрал с собой Дэни, а Дэвида с матерью оставил здесь. И теперь Дэвид хочет тебе отомстить, потому что считает, что ты украл у него его жизнь. Он хочет найти отца, обрести себя и черт-его-знает что еще, но ты…ты в его планы не входишь. Он думает, что ты нарочно препятствуешь его возвращению в Танвит, потому что сам пригрелся под лучами славы и не хочешь этим всем делиться! – оттарабанила девушка на одном дыхании и уставилась на Зомби, переводя дух. – Я пыталась рассказать ему про пророчество, но, блин, это же бред полнейший: я сама-то до конца не понимаю, верю я во все это или нет, а он…

– Николь, – Кей снова обхватил ее лицо руками и повернул к себе, – ты слышишь, что ты говоришь?

– Правду, – упрямо прорычала девушка, отнимая его ладони от своего лица.

– Ну, хорошо, сама подумай: если бы у Мэриан Абрамс был второй сын, это как-нибудь да отразилось бы в документах! Свидетельство о рождении, запись в роддоме, история ее болезни, в конце концов!

– Свидетельство подделано, история некорректно составлена.

– Что?

– История ее болезни, – как же ее раздражало то, что Зомби смотрел на нее как на умалишенную. Пусть уж лучше вернет свой таинственный взгляд: от него ей тоже было не по себе, но, черт, так она хотя бы не чувствовала себя сумасшедшей. Эх, Зомби, как же он ее вымораживал! Она какие только номера не выкидывала, называла его всеми возможными словами, даже дралась с ним, но так как сейчас, он никогда на нее не смотрел. Неужели ее слова звучали безумнее того, что сам Арчер втирал ей про пророчество?? – Я обратила на это внимание еще тогда, в пещере, когда ты подсунул мне все эти папки, – она махнула в сторону спортивной сумки. – Там, действительно, ничего не сказано про второго мальчика, но это правда – у няни были близнецы. Я была еще ребенком, когда Мэриан рассказала мне о Дэниеле, и Дэвид тут совершенно ни при чем. Просто…я тоже думала, что второй мальчик – часть ее сумасшествия. Но я думала так до того, как началось все это. До того, как узнала, что Эйден Малик существовал и существует на самом деле… А если..если то, что она говорила про него – правда, то какой смысл придумывать все остальное, сам посуди?

– То есть, ты хочешь сказать, что ты знала, что Дэвид и я, – Кей не мог пересилить себя и произнести слово «братья», – с самого начала? Это невозможно, я бы понял, что ты что-то скрываешь.

– Нет… то есть… Да, я знала о Дэни, но я не знала, что ты – это он, пока вчера…, – тут она замолчала и посмотрела на злополучную сумку, что так и валялась в углу.. – Сейчас, погоди, – девушка подбежала к ней, сопровождаемая сочувственным взглядом Зомби, и начала грубо ее вытряхивать. Сумка была почти пустая: там была кое-какая одежда, но девушку интересовало не это. Ей была нужна фотография Малика. Та самая, что взирала на всех своими пронзительными глазами. Глазами Арчера. Наконец, Николь с победным кличем нашла то, что искала: – Вот! Вот, смотри! – она протянула карточку мужчине, который беспрекословно взял ее, смотря при этом на девушку. Сейчас он бы принял из ее рук что угодно, лишь бы не взбудоражить ее еще больше. – Да не на меня смотри, а на фото!

– Николь, я уже видел его. Это Эйден Малик. Я, кстати, практически видел его вживую, – Кристиан непроизвольно вспомнил эпизод в Ноксе, где его скрутило в судорогах буквально в нескольких шагах от камеры преступника. Эта картина тут же сменилась другой, но очень похожей: его приступ в картотеке больницы.

– Это не просто Эйден Малик, – девушка схватила мужчину за запястье и подтолкнула его выше, мол, смотри внимательнее. – Это твой отец. Черт, Кей, приглядись! Представь, как бы он выглядел без бороды, – Зомби перевел напряженный взгляд на фото, и Николь оживилась: лед тронулся. Между бровями мужчины залегла складка, выдавая бурную мыслительную активность. – А потом представь его блондином. Ну, правда, на рисунке няни он был гораздо моложе…