— Привет, Сироп-Каро! Как обычно, солнечно и весело. Как дела?

— Я получила работу! — завизжала Кэролайн.

Я завизжала в ответ. И только потом дошло.

— Э-э… что за работа?

— У сенатора. Я же тебе уже рассказывала.

Я отчаянно начала вспоминать. Было дело. С письмом у Кэролайн всегда было лучше, чем у меня. Она рассылала записки каждой девушке, новичку в общежитии приглашая в женский клуб, и новости, по крайней мере, раз в квартал. Отдельные записки. Рукописные. И находила время для работы, еды и сна.

— О, точно. Круто. Когда начинаешь?

— На этой неделе. Придется быстро войти в курс и дело в шляпе.

— Постарайся, чтоб тебя не превратили в аляповатого стажера недели.

— Наш сенатор не такой. Он милый и весьма защищен. К тому же там работает его жена. Она удивительная. И сестра, — чуть с упреком добавила она.

Вяло приподняла голову память. В нашем женском клубе было много успешных выпускниц, и одна из них вышла замуж за сенатора Аризоны.

— Здорово, что она помогла тебе получить работу.

— О, твоя мама и Чак тоже помогли. Я видела его в обед, кстати. Выглядит превосходно.

— Сенатор?

Зачем моей маме помогать кому-то устраиваться на работу? Мне она ни разу не помогала в этом вопросе. Думаю, Кэролайн пользуется именем Чаки на всякий случай. Всегда выгодно иметь знакомства с богатыми и успешными парнями.

— Ой, ты сейчас занята?

— Веду машину.

— Ну, тогда остановись и приготовься. Я теперь вижу сенатора каждый день. Нет, я обедала с Чаком.

— О, вы знакомы?

— Нет, ничего такого, о чем тебе стоит волноваться, — засмеялась Кэролайн.

— Да?

— Знаешь, что я в тебе больше всего люблю? — вздохнула подруга.

— Мой музыкальный вкус?

— Да, но нет. Ты никогда не меняешься.

— Полагаю, сейчас мне нужно обидеться.

— Не стоит. Мне нужно идти. Передавай привет родителям и передай своей маме спасибо.

— Заметано. Держи меня в курсе.

— Заметано. Чак выглядит круто, — добавила она.

— Приятно слышать. Он в округе Колумбия? — обычно в это время года большую часть времени, если не все, Чаки проводил в Австралии.

— Да, — в том, как она это сказала, послышалось, мол, это же очевидно.

— Ну, ты ведь могла переселиться и в Австралию.

— Или в Парагвай, — рассмеялась Кэрролайн.

— Замри на этой мысли и не вешай трубку! — я свернула к тротуару и припарковалась. — Что ты хочешь сказать про Парагвай?

— О, там сегодня была целая война. Правительство беспокоится. Вроде бы все под контролем, но на самом деле эта штучка из категории «нужно ли нам в это ввязываться». Сенатора могут отправить туда в составе следственного комитета. Он говорит, что это пустая трата времени, но, если он поедет, я поеду тоже в надежде узнать, что происходит.

— Держи меня в курсе, ладно?

— Это вроде как не для масс. Наверное, я не должна была рассказывать тебе столько много.

— Я уже знаю об этом.

Некоторое время Кэрролайн молчала, потом сказала:

— Новости распространяются быстро.

— Ты понятия не имеешь. Просто держи меня в курсе, если сможешь, договорились? В качестве сестринского одолжения.

— Уговорила, — вздохнула Кэрролайн.

Ну, хоть что-то.

— Все, сейчас мне на самом деле нужно идти. Увидимся, Кит-Кэт!

— Поговорим с глазу на глаз, Сироп-Каро!

Мы разъединились, и я несколько минут сидела, никуда не двигаясь. Меня не вербовали в правительственные организации, как Мартини и Кристофера. Я знала, что правительство США всегда «беспокоится», когда мы реагируем на деятельность сверх-существ, а знающие люди всегда превращают эти дела в «ничего страшного». Это означает, что наш сенатор в курсе. Вопрос только, «в курсе» чего.

Но я еду на обед с нужными людьми, у которых можно выяснить этот вопрос.

Я снова поехала и через несколько минут остановилась перед родительским домом. Посмотрела на него. Я выросла здесь, в стандартном доме для людей среднего класса. Два этажа, гараж на две машины, около полутыщи квадратных метров. Не маленький, но и не огромный. Типичная зеленая лужайка перед фасадом из речных камней и различных кактусов.

Я провела в нем столько времени, что и сама хотела бы жить в подобном доме. Может быть, немного больше или меньше, может быть даже в другом городе, но в похожем. До сих пор, где бы я ни жила, что бы я не делала, никогда не получалось заселиться ни во что даже рядом похожее. Но мне нравилось.