– Прошу меня простить, - ледяной тон Тита обжигал - Наш разговор окончен. Мне нужно готовиться к празднику.

– Мне тоже нужно кое-что подготовить, - медленно произнёс Данте.

Он встал со стула, повернулся и вышел из кабинета старейшины.

Мышь предпочитал тёмные, безлюдные места. Данте нашёл его на пустыре в тени Злодейского моста. Тощий подросток с чумазым лицом сидел на перевёрнутом ведре. Он пересчитывал выручку. На земле перед подростком валялось несколько опустошённых бумажников. Данте бесшумно подошёл сзади и оглушительно свистнул.

– Вот дерьмо!
– вскрикнул Мышь, подпрыгивая от неожиданности.

– Я предпочитаю, когда говорят "О, боже", - признался Данте.

– Охренеть как смешно, - скорчил гримасу Мышь - Я чуть в штаны не наложил с перепугу.

– Ну, от этого мало что изменилось бы, - заметил Данте, разглядывая его грязные лохмотья.

– Слышь, тебе чё нужно?
– шмыгнул носом Мышь - Или ты просто потрепаться пришёл?

– Ты совершенно не умеешь вести светскую беседу, - расстроился Данте - Ладно, перехожу сразу к делу. Ты случайно не знаешь, где я могу найти Музыканта?

– Всё, хана твоему Музыканту, - загоготал Мышь - Его намедни псы замели. Приехали ночью, кинули в карету и - привет. Я как раз шустрил около "Дикой кошки" и сам всё видел.

Данте поморщился от густого, режущего уши трущобного акцента.

– Псы, говоришь, - переспросил он - А что за псы? Какие на них были мундиры?

– Не знаю, - почесал затылок Мышь - А чё такое "мунтиры"?

– Да не "мунтиры", а "мундиры", дурья твоя башка, - поправил его Данте - Какого цвета форма была на тех, кто забрал Музыканта? Синяя, как у городских? Или серая, как у стражи порта?

– Дык они в костюмах были, - сказал Мышь - Как обнакновенные люди.

– Как обнакновенные люди, - повторил Данте - А с чего ты решил, что они - законники?

– Слышь, энто и так понятно, - фыркнул Мышь - Уж больно неважнецкая одёжка на них была. Жульё-то поприличней наряжается, да.

– Поверю тебе на слово, братец, - сказал Данте - По тебе сразу видно, что ты - человек, который разбирается в моде.

– Ну а то, - гордо выпятил грудь Мышь. Надетые на нём грязные лохмотья затрещали по швам.

– А что вообще твориться в Доках?
– сменил тему Данте - О чём болтают люди на улицах?

– Во, хорошо, шо ты мне напомнил, - оживился Мышь - Я как раз нарыл для тя одну мазу. Прикинь, тута у нас новая шайка нарисовалась. Зовут себя, ты не поверишь, "Жнецы".

– Звонкое название, - оценил Данте - Откуда такое взялось?

– Энти "жнецы" кривыми ножичками работать любят. Такими...
– Мышь неопределённо покрутил рукой - Такими.. Ну, короче, навроде серпов.

– У тебя просто талант ярко описывать вещи, - восхитился Данте - Я как будто вижу всё собственными глазами. И с кем работает это хулиганьё? Со "Звездой"?

– Энти, как и ты, сами по себе, - махнул рукой Мышь - Молодняк из порта. Большая часть из "жнецов" не слезает с "тумана". Отвязные. Лютые. Никого не бояться. Никого не уважают. Ты знаешь Парикмахера?

– Это тот сутенёр, который постоянно ходит с опасной бритвой?
– уточнил Данте.

– Он теперича никуда не ходит, - ответил Мышь - Он теперича тихонько себе лежит. В могилке. "Жнецы" его тута подкараулили вечерком. Они вспороли Парикмахеру брюхо, а его кишки размотали по всей улице. Это они так свою лихость показывали. А парикмахерских девок "жнецы" теперича сами пасут.

– Какая увлекательная история, - зевнул Данте - Только кой чёрт ты мне всё это рассказываешь? Какое мне дело до дохлого сводника?

– Ты дальше слухай, - буркнул Мышь - Мне тут один тип трепанул, что энти "жнецы" и на тя косятся. Мол, живёт в Доках пижон, делишки свои проворачивает и никому с того не платит. Чё за дела, грят, неправильно это. Надоть, мол, пощипать пижона, сшибить с него грошики. Врубаешься, о чём я толкую?

– Так ты говоришь, что эти "жнецы" любят побаловаться "туманом"?
– задумчиво спросил Данте - Знаешь, братец, от этого зелья иногда случаются ужасные видения.

– Ваще то "туман" для того и глушат, - сказал Мышь - А разве, нет?

– Я говорю не про обычные видения, - пояснил Данте - Я говорю про кошмары наяву.

– Чё за кошмары наяву?
– не понял Мышь - Типа как моя жизнь?

– А ты не так прост как кажешься, - внимательно поглядел на него Данте

– Оглядывайся почаще, старик, - посоветовал Мышь - Ты, в натуре, мужик кручёный. Да и трюкачить ты мастак. Это все в Доках знают. Но Парикмахер тоже овечкой не был. До того, как ему повесили бирку на ногу.