Нет, ей необходимо выйти и самой убедиться в том, что там сейчас произошло. Она просто обязана это сделать.

Внезапно Варвара обратила своё внимание на то, что с тех пор как всё стихло, прошло уже не мало времени, но по-прежнему на площадке не показалось ни одной живой души. Почему они не выходят?

Где-то в глубине её души возникло и начало стремительно разрастаться ослепляющее чувство негодования: где же мужчины, а она не сомневалась в том, что многие из них сейчас, словно трусливые мыши в вонючих норах, притаились в своих квартирах за железными дверьми? Почему именно ей слабой и беззащитной женщине нужно выяснить, что же случилось?

А может и не стоит ничего делать? Просто отсидеться в квартире пока всё не уладится? Пусть кто-то другой вызовет милицию, которая сама во всём разберётся. Пусть кто-то другой окажется крайним, если вызов окажется ложным. Пусть…

И всё же, что-то в этой идее показалось ей низким, предательским, не достойным образованного интеллигентного человека, каковым она являлась. К тому же в работу включилось элементарное женское любопытство: ей просто необходимо было увидеть всё собственными глазами, убедиться, что всё в порядке.

Сперва ей предстояло уверить себя в том, что ей нечего бояться, ведь жуткий незнакомец ушёл. Однако, после всего того, что произошло это, было сделать не так-то просто. К тому же ничто не мешало ему вновь вернуться назад, а мысль об этом едва ли придавала ей храбрости.

Для начала она решила, не снимая цепочки лишь чуть-чуть приоткрыть дверь. И хотя Варвара зала, что страшного человека здесь уже нет, все жё дверь она открывала очень тихо.

Краем глаза попыталась осмотреть в образовавшуюся щель лестничную площадку.

Похоже, что всё действительно было тихо.

Если сейчас за дверями других квартир и были люди, то они предпочитали трусливо отсиживаться за перегородкой отделяющей их от всего мира.

Боясь даже вздохнуть в полную силу Варвара бесшумно вышла из своей квартиры.

В глаза тут же бросились несколько ярко-алых капель крови тянувшихся от соседней квартиры через всю площадку и уходящих вниз по лестнице.

Дверь в злополучную квартиру была открыта настежь.

На предательски ослабнувших ногах Варвара подошла к дверному проёму, но не слишком близко и с опаской заглянула в коридор.

При любом подозрительном звуке Варвара в любой момент она была готова броситься назад к себе в дом и запереться на все засовы. Но пока всё оставалось спокойно и потому, собравшись с духом, Варвара громко спросила:

— У вас всё нормально? Вам требуется помощь?

Но ответом ей была лишь могильная тишина.

Ещё раз оглядев лестничную площадку и убедившись в том, что она одна, Варвара шагнула к незапертой двери.

Теперь она стояла на самом пороге соседней квартиры и могла детально рассмотреть коридор.

Вдоль всей левой стены тянулся след, оставленный окровавленной ладонью.

Этот след — свидетельство того, что здесь действительно произошло что-то большее, чем семейная ссора, притягивал и одновременно отталкивал её. Казалось, что теперь, когда она выяснила, что в соседней квартире действительно произошло нечто страшное, можно уходить и смело вызывать милицию, но что-то не отпускало её, не давало уйти.

Ведь, по сути, она так и не выяснила, что же произошло на самом деле.

Эта тайна притягивала её, заставляя решиться на отчаянный шаг.

Отчаянно желая узнать неизвестное, она, вопреки увещеваниям здравого смысла, медленно и осторожно, словно канатоходец, нависший над бездной, шаг за шагом стала входить в распахнутую дверь.

Коридор был не освещён, оттого он казался ещё более мрачным, зловещим. Единственным светлым лучиком в этом тёмном царстве был свет струящийся из приоткрытой двери в конце коридора. Туда то и решила направиться Варвара, так как кровавый след, оставленный ладонью, начинался именно в этом месте.

Сейчас отсюда невозможно было различить, что же именно там произошло, для того чтобы это выяснить, нужно было открыть дверь.

Варвара лишь едва-едва прикоснулась к двери, как та с протяжным скрипом растворилась в спальню.

Увиденное в комнате ярко освещенной рассветным солнцем пёстрым хороводом завертелось перед её глазами.

Кровь, словно из ведра, выплеснутая на стены, оклеенные бледно-голубыми обоями, сгустившись до гелевого состояния, лениво стекала вниз.

Варвара зачарованная этим кровавым зрелищем сделала ещё пару шагов, а в следующий миг её ноги, словно корни могучего дерева, вросли в пол.