– Алексей! С тобой всё хорошо? Что ты сделал?

Я открыл глаза. Надо мной склонилась Изабелла. Она была уже не такой бледной — и было видно, что рана практически затянулась. «Скоро даже шрама не останется, — как-то отвлечённо подумал я. — Что-то я сильно выложился…».

– Не спать! — буквально закричала девушка. — Только не спать!

– А кто спит-то? Я не сплю…

– Вот и не спи. Давай, вставай, дойди хотя бы до вон той лавки! Вперёд!

Да, кажется, это сложное задание — сил нет вообще. Левая нога, потом правая, потом снова левая… Я дойду… Да, ничего себе я выложился…

– Девушка, Вам помочь? — раздался голос лица, обличённого властью.

Я сфокусировал взгляд. К Изабелле подошёл полицейский. Вот, сейчас начнётся…

– Если Вас не затруднит. Мой молодой человек, получил ранение, помогая мне. Помогите, пожалуйста, добраться до поверхности…

– Хорошо, я помогу Вам…

Я почувствовал, как меня подпёрли со второй стороны — и помогли мне идти. Так, постепенно переставляя одну ногу за другой, мы и вышли на поверхность. Полицейский помог Изабелле сопроводить меня до ближайшей скамейки, как она и просила, после чего откланялся.

Девушка помогла мне сесть, устроив так, чтобы я не падал на землю.

– Алексей, потерпи немного, тут киоск есть — ты потерял очень много энергии, тебе просто необходимо что-нибудь съесть…

– Хорошо…

– Не смей засыпать!

– Ладно…

– Блин… Я сейчас, ты потерпи только…

Девушка бегом (несмотря на каблуки) рванула до ближайшего ларька. Я не знаю, какую технику убеждения она применила, но вернулась она довольно быстро с шоколадным батончиком в руках. Следующее, что я почувствовал, это как девушка отламывает куски от шоколадки и пихает их мне в рот. Я медленно сжевал один кусочек, потом второй… На третьем мне ощутимо полегчало — и оставшуюся часть шоколадки я съел сам…

– Лучше? — спросила Изабелла.

– Да. Спасибо тебе.

– Это тебе спасибо. Что дальше делать будем?

Я осмотрел Изабеллу. Да уж… Нет, так-то всё ничего — но её кофточка мало того, что залита кровью, так ещё и разорвана снизу. Естественно, что такой вид, как минимум, неприличен. По-любому, первый же встречный сотрудник полиции придерётся. Так что…

– Первым делом тебе нужно переодеться. Ищем ближайший магазин готового платья — и покупаем тебе или новую кофточку, или блузку… Что думаешь?

– Думаю, что ты прав.

К счастью, мы выбрались из метро в одном из торговых районов Москвы, так что найти магазин женской одежды было несложно. Сначала охранник упорно не хотел пускать нас в магазин, но показанная ему банковская карта сделала своё дело. Нас впустили. Пока девушка искала себе замену кофточки, я остановился около охранника…

– Что же Вы, уважаемый, пускать так нас не хотели?

– Да вид у вас был уж больно того, непрезентабельный…

– Понимаете, её ударили ножом. В живот. Да, я смог кое-что сделать с раной, но не ходить же моей девушке по Москве с «голым торсом»…

– А что Вы сделали с раной? Я вижу, что у неё кровь на животе — и что там что-то типа рубца, но как?

– У меня есть свои секреты. Я могу заживлять раны — только сам теряю много сил в процессе…

Оправдав мои ожидания, Изабелла купила себе симпатичную блузку, после чего мы с ней отправились дальше, на вокзал. Только вот до метро мы дойти не успели…

– Пацаны, это он забрал у меня сумку!

Стадо. Или, точнее, стадо, которое считает себя стаей. Голов двадцать их было. Биты, трубы, цепи. Все крайне озлоблены. Ох, что же мне с вами сделать-то… Ладно…

– Ребята, я даю вам возможность уйти с миром. Тогда никто не пострадает.

– Слушай, ты… Ты чё, не понял? Ты один — нас двадцать. Сначала мы отмудохаем тебя — потом отымеем твою кралю. Понял?

– Ну, понял. Позови ещё человек сорок — и, может, силы будут равными. А пока что — я повторяю своё великодушное предложение — уходите, и никто не пострадает! Ладно… Изабелла, встань у меня за спиной, пожалуйста…

Естественно, они не приняли моего предложения. Зато все бросились на меня. Я отстегнул от ремня меч, активировал его и стал ждать… Ну, началось…

Сначала пропускаем удар трубой, который должен был раскроить мне череп. Потом сносим клинком биту, которая летит мне в лицо. Потом разрубаем трубу, которой меня тоже хотят ударить по голове. При этом — стараться не отрубить кому-нибудь рук, ног или каких других «лишних» конечностей. После замаха битой, когда её отрубленный конец улетел куда-то налево, противник остался открытым. Я придал ему «начальное ускорение» ногой в живот. Он отлетел и затих, сложившись пополам. Следующему я красивым приёмом засветил в челюсть. Ногой. Ракрученная цепь летит мне в голову — потом замирает и красиво попадает в лоб своему хозяину. А потом я раскручиваю свой клинок так, что он образует вокруг меня щит. Групповое мышление банды понимает, что сейчас их будут люто, бешено рубить в одни ворота — и они принимают решение об отступлении… Весь бой длился ровно двадцать секунд…