Я оглянулся. Изабелла стояла белая, как мел.

– Что с тобой? — спросил я.

– Ты так легко с ними справился…

– Ну, ничего сложного… Ты в порядке?

– Д-да… Пошли отсюда…

Мы вернулись в метро и спокойно добрались до Казанского вокзала. Я занял пару мест в зале ожидания и принёс несколько булочек с кофе — Изабелле и себе. После того, как девушка немного подкрепилась, она сказала:

– А я ведь поначалу не до конца верила. Ну, тот номер с кофе, что ты показал в бистро — так Дэвид Копперфилд тоже так может. А уличные маги с канала Дискавери тоже всякие трюки показывают. То, что ты отгадал моё имя — я грешила на социальную инженерию. В конце концов, если парень хочет получить какую-нибудь девушку, он старается её изучить — и всё такое… Так что — то, что ты знал про Изабеллу де Круа и остальные факты из её жизни — я говорю, что это всё можно узнать. Но вот это, когда ты так запросто зарастил мне рану — я же врач, я знаю, что такие раны так быстро не заживают… Когда ты так запросто крутил этот свой клинок — я не эксперт в оружии — но такой штуки ведь не существует! То есть, ты ведь сказал тогда правду?

– Да. Я сказал правду.

– И что — такая вот я тебе не нравлюсь?

– Почему? Я знал, что ты мне веришь не до конца. Эта история слишком фантастична, чтобы быть истиной. Но это так и есть. А вот у тебя способности есть на самом деле. Так что, Изабелла, если ты ещё хочешь учиться на Джедая — поехали со мной…

– И ты так просто мне это говоришь — после того, что я сейчас наговорила?

– А что такого-то? Я тебе верю. Я знаю, кто ты и на что ты способна. И самое главное — ты мне нравишься…

– Хороший ты человек, Алексей…

Через три часа «Суру» подогнали на платформу. Мы пришли на посадку одними из первых. Проводница проверила нашу регистрацию — и через несколько секунд мы были в нашем двухместном купе. Я не поскупился на билет, чтобы обеспечить уединение во время поездки. Через некоторое время, поезд тронулся. Проводница зашла ещё раз проверить, всё ли нормально, предложила чай, от которого мы отказались, принесла постель и удалилась к себе.

Я помог девушке застелить её полку, потом застелил свою.

– Надо бы рубец тебе убрать, – сказал я.

– Может, лучше, оставить? На память?

– Не надо. Лучше убрать, — сказал я.

– Ну ладно, давай…

– Раздевайся… Я имел в виду… Ох ты… Красиво-то как…

Изабелла успела не только снять блузку, но и юбку, оставшись в одном белье — очень красивом и сексуальном.

– Я вообще-то имел в виду — освободить мне площадь работ — но да, так лучше…

– Ну что — похожа я телом на ту Изабеллу?

– Да, — ответил я. — Если вас поставить рядом, отличить вас будет сложно…

Я положил руки по сторонам рубца и снова призвал Силу. На этот раз вмешательство требовалось совсем небольшое — так что я даже не устал. Рубец затянулся буквально на глазах. А потом я, повинуясь какому-то необъяснимому влечению, припал к тому месту, где был рубец — немного ниже пупка — и благоговейно поцеловал его.

– Алексей!

– Да?

– Спасибо. Мне очень понравилось…

– Что именно? Лечение или поцелуй?

– И то и другое. Повторишь?

– Хорошо… — и я снова поцеловал живот девушки.

Она взъерошила мне волосы, толкая мою голову вниз…

– Ты на самом деле этого хочешь? — спросил я.

– Да. Сделай это…

– С удовольствием…

========== Алексей-сисадмин ==========

… Наконец-то, подготовка была завершена. Нас всех троих подготовили по полной программе. Я, например, теперь выдерживал перегрузку до двадцати восьми «же», что было очень хорошим показателем. Что это даёт? Ну например, когда ты отрываешься от противника, который сидит у тебя на хвосте, можно, например, попытаться сделать «мёртвую петлю». Даже на обычном истребителе при этом бывают сильные перегрузки. А в космосе, где летают на более высоких скоростях, а атмосфера как-то отсутствует, манёвры делать тоже сложнее… Таким образом, при подобном манёвре на космическом истребителе, перегрузка может достигать тех самых двадцати с лишним единиц… А есть ещё такой манёвр, который в земной авиации называется «Чакра Фролова», когда истребитель делает переворот через «спину» относительно носа. В этот момент то, что находится на хвосте истребителя, на определённое время оказывается в зоне действия его пушек — с понятным для себя результатом. Вот такой же манёвр, но исполняемый в космосе, на космическом истребителе, с использованием маневровых двигателей, порождает как раз около двадцати пяти с копейками единиц. Конечно, сейчас, когда есть разного рода эмуляторы силы тяжести, нейтрализаторы перегрузок и тому подобные приспособления, призванные сохранить жизнь пилота, летать намного проще. Только вот бывает так, что нейтрализатор просто может выйти из строя. Ведь техника, даже самая надёжная, не может быть абсолютно надёжной. Поэтому пилот должен уметь при высоких перегрузках не терять сознание — и бороться за жизнь корабля — и экипажа.

Поэтому нас и гоняли с максимальными нагрузками. Может, и не пригодится всё это — но лучше уж быть ко всему этому готовым. К тому же, насколько мне было известно, истребителей нам на эту миссию было не положено. Что из этого следовало? Да только то, что наш новый корабль мог ходить не хуже иного истребителя. Это было одновременно и хорошо — и плохо. Хорошо это было тем, что на таком корабле можно было уйти от кого угодно. А вот плохо — то, что его размеры обещали такие вещи, как скорость, манёвренность, тяговооружённость и прочие вещи. Только при этом, там было очень тесно и некомфортно. Ну, да ладно — раз корабль был рассчитан на длительную миссию, какой-то определённый уровень комфорта там должен быть…

После процедур подготовки к полёту нам дали несколько дней отдыха, а потом надо было отправляться на верфи — и принимать корабль. Нам предстояло самим его облетать, провести все проверки и самим подготовить его к вылету. Словом, скоро работы предстояло очень и очень много. Ну, а пока что мы с Изабеллой де Круа лежали поперёк кровати у меня дома. Только что девушка сделала мне великолепный расслабляющий массаж — в благодарность за то, что я ей перед этим оказал подобную услугу. Так мы с ней и расслаблялись сейчас. Ближе к вечеру, наверное, мы займёмся любовью, а завтра, благо погода стояла хорошая, можно было, наверное, отправиться на водохранилище — искупаться, поплавать, позагорать, может, шашлычка сделать. Я озвучил это предложение сразу, как только нас отпустили из учебного центра — и предложение было принято очень хорошо. Настолько хорошо, что мы с Изабеллой де Круа перед тем, как ехать домой, заехали в магазин и купили два килограмма хорошего мяса. А перед тем, как начать расслабляться, мы его замариновали на завтра…