Такой очевидный обман. Он был возмущен до глубины

души.
– Вы же сами ее откусили…

– Я?!

– Вы! А кто же еще?

– Юноша вы забываетесь! Хотите сказать, что я решил

отобедать вашим справочником судостроения?! Да вы в

своем уме! Кто вам поверит?!

И в этот самый миг Рик понял, что угодил в силки старого

крыса.

– Вот я и говорю, - желчно улыбнувшись, старьевщик потер

ладони.
– Пять вещей лучше двух… Иначе не сторгуемся.

Дома он не оправдывался и не пытался объяснить обман,

на который так легко попался. Отец долго рассматривал

рваную подошву одного из ботфортов, потом провел

пальцем по зубчикам пилы, а на трость бросил лишь

мимолетный взгляд, и наконец, вынес свой вердикт:

– Это действительно очень ценные вещи!

«Не может быть!» - Рик едва не произнес мысли вслух.

– Не радуйся, - заметив на лице сына проявившийся

румянец, отец стал мрачнее тучи. – В целом, ты не

справился с поручением и наказания не избежать.

И не было в этом ничего удивительного. Мир за порогом

дома Джейсонов сильно отличался от привычных людских

устоев. Мир, созданный главой семьи, где действовали

совсем другие законы. Там, за чертой дома, у тысячи детей

был праздник, а у Рика - порция розг, и очередное новое

правило на закуску.

– Воспринимай наказание достойно, с мужеством, никогда

не проси отсрочки и помилования, - учил отец, воздавая по

заслугам своему отроку. И так, до тех пор, пока правило не

срывалось с дрожащих губ Рика.

Когда последний удар оставил на спине юноши глубокую

алую борозду, он шмыгнул носом и покорно одернул

рубашку.

– Теперь ты понял свою ошибку? – поинтересовался

мистер Лиджебай.

– Безусловно, - соврал сын. На этот случай

воспользовавшись еще одним правилом отца. Правда,

истолковал он это самое правило достаточно превратно.

Только родителю знать об этом было совсем необязательно.

* * *

Недовольно поморщившись, Рик все-таки прогнал прочь

тягостные воспоминания. Сейчас он практически избавился

от свода ограничений мистера Джейсона-старшего и

поэтому стоило навсегда позабыть обиды, которые он

терпел ни один год.

Закрыв дверь на засов, юноша вернулся в библиотеку

перебирать старые книги – целое состояние, которое можно

продать, подарить, или на худой конец растопить камин.

Одна беда, из головы никак не выходил странный визитер,

пожелавший заполучить неведомую книгу отца. Стоило ли

ему верить? Хорошие деньги за стопку пустых страниц. Рик

усмехнулся: очередной обман, на который он не попадется

ни за что на свете. Наверняка гостя интересовало совсем

другое - к примеру, старые чертежи отца или коллекция

охотничьего оружия.

– Мистер Невежа. Мистер Жуткий невежа, - состроив рожу,

недовольно произнес юноша. – Шиш тебе, а не книги!

Лучше сожгу их все, чем отдам такому пройдохе как ты…

Откинув один из фолиантов в сторону, Рик зло уставился

на тесненные золотом обложки, которые немой стеной

взирали на своего нового хозяина.

– Что вылупились?! – рявкнул юноша.

Ответа не последовало. Книги не привыкли слышать

человеческую речь, здесь, в храме тишины. Легкое

шептание, сбивчивые мысли, сокровенные мечтания – да,

но только не пронзительный крик. Нет. Злость, отчаянье и

иные эмоции были им чужды. Они не любили столь рьяных

проявлений человеческой возбужденности.

Не выдержав, Рик схватился за корешки нескольких книг и

потянул их на себя. Огромная полка затрещала. Сухое

дерево, потревоженное крепкой юношеской рукой, больше

не могло сдерживать тяжелые страницы истории. Стеллажи

накренились и с грохотом повалились вниз.

Он кинул вызов - и они откликнулись!

Книги, словно отчаянные воины ринулись в атаку, ударяя

возмутителя спокойствия по голове, спине, рукам. Острыми