Естественно, никто по привычке не стал высказывать возмущений по поводу снятых баллов у Гриффиндора и пощаженного Слизерина.

После Защиты От Тёмных Искусств, Гермиона отправилась на Нумерологию, потом на Древние Руны, а затем нашла Джинни и отправилась вместе с ней на обед.

– Будешь отмечать Рождество с родителями?
– спросила Джинни, поедая куриную ножку.

– Да, скорее всего, - ответила Гермиона.

– Если передумаешь, можешь приехать к нам. Мама с папой тебе всегда рады. И Рон, конечно же, тоже.

Гермиона улыбнулась.

Никаких домашних заданий не было задано на каникулы. Кроме сочинения по Защите об этих самых озёрных троллях. Благодаря Невиллу, конечно. Гермиона скинула все нужные вещи в чемодан, уменьшила его и запихнула в сумочку. После нескольких часов, проведенных в библиотеке для написания сочинения, Гермиона по привычке отправилась к Северусу.

– Добрый вечер, мисс Грейнджер, - поздоровался он, - Почему вы трясете рукой?

– Потому что кое-кто задал четыре свитка про этих идиотских троллей, - буркнула она.

– Вы уже сделали?
– удивленно поднял брови он.

– Конечно, не буду же я оставлять это на Рождество.

– В таком случае, может вы хотите в мою библиотеку?
– спросил он, вставая с кресла.

Гермиона резко затормозила прямо перед диваном и впилась горящими глазами в Северуса.

– Вы правда покажете мне?

Он просто встал и протянул ей руку. Гермиона ни секунды не сомневаясь вложила в неё свои пальцы и крепко сжала. Через несколько мгновений они уже находились в доме Северуса, в гостиной.

Не отпуская её руку, он потянул её наверх по лестнице. В доме было три этажа и подвал. Библиотека была на третьем. Это одна огромная комната. Стояли кресла, лежали большие подушки и пуфики. Невысокие столики. И вдоль стен книжные полки.

– Господи, - прошептала Гермиона, закрыв рот руками.

Она медленными шагами прошла вперед, ближе и ближе к одной из полок. Глаза горели огнём. Она провела кончиками пальцев по корешкам книг. Многим из них уже не одна сотня лет, как подумала Гермиона.

– Это всё ваше?
– восхищенно спросила она.

– Конечно, - ответил он, подавляя желание съязвить, потому что сейчас это не произвело бы такого эффекта, - Можете брать что хотите.

– Это потрясающе!
– произнесла она и с улыбкой повернулась к Северусу.

Парализующе прекрасная улыбка. Действует на Северуса не хуже Петрификуса. Как ему бороться с этим? Чтобы хоть как-то отвлечься, он подошел к крайнему стеллажу и взял книгу, которую начал недавно.

– Можно почитать здесь?
– спросила Гермиона.

– Можем здесь, можем вернуться в гостиную.

– Как вам угодно, профессор, - прошептала Гермиона, чувствуя его дыхание совсем рядом.

Он протянул руку к одной из книг, задевая при этом плечо Гермионы.

– Мне понравилась эта, - тихо сказал он, показывая ей “Сто лет одиночества”.

– Всегда хотела прочитать, - она приняла книгу и отправилась вниз по лестнице.

В гостиной Северус сел в кресло, предварительно приготовив чай, а Гермиона устроилась на полу.

– Вы что же, взяли её с собой?
– усмехнулась она, рассматривая любимую кружку с совами.

– Нет, у меня две таких. Подарок Минервы.

Гермиона улыбнулась и отпила чай. Она сказала родителям, что будет дома сразу после уроков сегодня, но решила, что ничего страшного не случится, если она задержится на несколько часов.

Комментарий к Chapter 9. Better Leave, But Never Do.

Простите, пожалуйста, меня, что так долго (если, конечно, вы ждали) не выкладывала главы. Сейчас буду писать реже, потому что я готовлюсь к поступлению в Медицинский Университет, поэтому очень много учусь:( Надесюь, не зря. Спасибо, что читаете мою писанинку:)

========== Chapter 10. The Smell Of His Amortentia. ==========

В камине шипели и потрескивали поленья. Страницы книги с шелестом переворачивались. Это были единственные звуки, нарушавшие тишину. Книга Гермионы была скучная. Может быть потому, что прочитала она лишь две страницы, а затем машинально их переворачивала, а сама думала о том, как ей нравится быть в доме Северуса. Она думала о том, что уже очень много знала о нём. Больше, чем другие. Больше, чем даже Дамблдор. И теперь она знает, где он живет. И более того, проводит здесь свой первый вечер. Она хотела верить, что будет ещё очень много таких вечеров. Снова перевернула страницу, притворяясь, что читает. А в голове мелькали красочные картинки. Много раз Гермиона, прежде чем уснуть, представляла, что они живут вместе. Ей бы хотелось этого. Ей нравилось с ним молчать, тишина не была грубой и давящей. Она была спокойной и расслабленной. Она хотела, чтобы он рассказывал ей ещё и ещё о своей жизни. Хотелось стать полноправной её частью. Но он не знает. Не знает, что она любит его всем сердцем уже так долго. И любила даже тогда, когда все ненавидели. Она аккуратно закрыла книгу и положила её на стол. Конечно, ей казалось, что встать прямо сейчас и поцеловать его - полная глупость. Он выставит её за дверь, скажет, что она забыла о соблюдении субординации. Голос снова станет холодным, глаза перестанут быть ласковыми. Больше он ни секунды не проведет с ней, скажет МакГонагалл, что не хочет видеть её даже на уроках с первокурсниками. Но что она могла с собой поделать? В другие моменты, в других ситуациях подобного рода желания ей удавалось забаррикадировать в своей умной голове и не пропускать их дальше коры головного мозга. Но что на неё нашло теперь? Теперь Гермиона решила, что либо сделает это сейчас, либо так никогда и не узнает, зачем он позволяет ей всё это. Сердце её бешено колотилось, ещё минута, и надпочечники взорвутся от вырабатываемого адреналина. Сейчас легче было сброситься с северного склона Эвереста, чем подняться на ноги, ведь они совершенно не планировали слушаться свою хозяйку. “Я должна”.