Вдруг слышу шаги. Громкие шаги, от которых совсем рядом хрустит снег.

Сжимаюсь в комок, предчувствуя что-то очень нехорошее. Сейчас я не в состоянии защититься. Если кто-то решит сделать что-нибудь, у меня не будет иного выбора, как поддаться и перетерпеть.

Не хочу оборачиваться. Не хочу видеть своего мучителя или мучительницу, какая разница? Тихо сижу, ожидая худшего.

Чувствую на себе пристальный взгляд. Оценивающий взгляд, заинтересованный. До боли сжимаю зубы.

– Привет-привет, - мужской голос у самого уха заставляет все же посмотреть в лицо смерти. Надо же, оно довольно-таки привлекательное…

– Привет… - от холода губы ели шевелятся.

– Не самое лучшее время для прогулок, а? – мужчина пожимает плечами, оглядываясь вокруг.

– Не самое… - дрожь усиливается. Теперь не только от минусовой температуры, но и от страха. Может, если я поговорю с ним, что-то изменится? Он уйдет?..

«Надейся-надейся».

– И что такая хорошая девочка делает на улице в такое позднее время? – незнакомец приближается. Он сидит передо мной на корточках, внимательно всматриваясь в лицо.

– Когда девочки ждут спасения, они отвечают на вопросы спасителей, - мужчина усмехается, видя, что я молчу.

Его пальцы касаются моей щеки, нежно скользя по ней вниз, к шее.

– Я сбежала, - выпаливаю, ощущая, как сбивается дыхание. Ладонь незнакомца уже внутри моей куртки. Она горячая. Горячая, почти обжигающая, но такая необходимая, такая желанная.

Всем телом поддаюсь вперед, надеясь, что он не уберет руку.

– Наша девочка замерзла, - жалостливо говорит он, - ей хочется согреться.

– Да!.. – бормочу, зажмуриваясь и прикусывая губу. Я хочу согреться. Только согреться. Только…

– Скажи мне свое имя, и я отведу тебя туда, где тепло.

Последнее слово заставляет отбросить к чертям все предостережения и произнести требуемое как можно скорее.

– Белла.

– Белла, - незнакомец катает имя на языке, - красавица Белла.

Дышу часто, хрипло. Его ладонь остывает. Уже не так хорошо, как раньше.

– Пойдем, красавица Белла, - мужчина поднимается, увлекая меня за собой. На ногах стою нетвердо, но это пустяки. Тепло. Тепло. Тепло. Одно простое слово стучит в сознании, заставляя передвигать ноги вслед за незнакомцем. За спасителем.

– А благодарность?

Он останавливается, и я послушно замираю рядом. Измученному сознанию требуется несколько секунд, чтобы осознать, о чем речь.

– Спасибо… - шепчу я.

– Спасибо, Джеймс, - качает головой мужчина. Его глаза дьявольски поблескивают, губы изгибаются в плотоядной улыбке.

– Спасибо, Джеймс, - повторяю вслед за ним, надеясь, что хотя бы теперь сделала все что нужно.

Тепло.

Тепло.

Тепло…

– Тепло, - стону, переворачиваясь на другой бок и хватая ладонями подушки – Тепло, тепло…

Кошмар не отпускает. Роковая встреча – встреча с Джеймсом, давно пустила корни в сознании. Это не первый раз, когда она выползает наружу.

– Холодно, - неожиданно липкая и душная темнота оживает. Мужским голосом.

Джеймс здесь?..

Вжимаюсь в простыни, дрожа, словно при приступе эпилепсии. Он нашел меня. Нашел и хочет увести. Вернуть обратно. Вернуть…

– Нет, - почти рыдаю, ощущая всю свою беспомощность, тянусь к одеялу, стремясь закрыться им от мужа, спрятаться, скрыться.
– Нет, пожалуйста, нет!..

– Прекрати орать. Ты разбудишь ребенка, - одеяло отшвыривается подальше в мгновенье ока. Его вырывают из моих крепко сжатых пальцев без видимых усилий. При этом ткань издает жуткий звук, дополняющий и без того насыщенную ночную атмосферу.

Но за пеленой тумана страха пробивается логическое мышление.

Почему Джеймса заботит ребенок?

Раскрываю глаза, на миг успокаиваясь. Здесь что-то не так…

– Уходи… - неуверенно шепчу я. Не знаю кому. Просто надеюсь, что послушаются…

– Попробуешь меня выгнать? – насмехается темнота. Голос знакомый. Очень знакомый.

Господи, да это же Каллен!

Резко выдыхаю, не в силах передать словами то облегчение, что проходит через все тело. Эдвард…всего лишь Эдвард.

Однако беспричинное счастье быстро уступает место новой волне страха. Не «просто Эдвард». А Эдвард Каллен. Человек, в руках которого не только моя судьба, но ещё и жизнь. Не знаю, что дороже…

Свет вспыхивает неожиданно, но вовремя. Щурюсь от него, загораживая лампы рукой.