Выбор пал на командира второй роты. Капитан, если верить сопроводительным документам, носивший фамилию Китамура, для целей полковника подходил оптимально. Рядовые и сержанты не годились по определению, Хафиза для приема следующего рейса отряжать - перебор, а командир роты - то, что доктор прописал. У Смита была мысль использовать одного из взводных лейтенантов, но полковник от данной идеи отказался. В качестве встречающего взводный влипал в паззл органично, но оставался вопрос получения информации о миссии, количественном и качественном составе подразделения. А здесь ротный точно предпочтительнее. Потому что больше знает. Какой-нибудь условный начальник службы тыла полка подошел бы для данных целей еще лучше, но первым рейсом прибыли две роты в полном составе, плюс подполковник с ординарцем. Без служб тыла и обеспечения. Хотя их на первом рейсе доставить было бы логичнее. Впрочем, у Хафиза и командира транспорта свои головы на плечах, они так решили.

Капитана ребята Абрамяна разоблачили. Не как вражеского пособника, а в утилитарном смысле. До пояса. Китамура лежал на импровизированном столе, на скорую руку сооруженном из каких-то ящиков с деталями, готовенький, бери и пользуйся. Второй ротный располагался на соседней "подставке", его Смит распорядился пока оставить. А сами "операционные столы" соорудили в отделенном теми же ящиками и коробками углу склада.

Полковник открыл чемоданчик, набрал в инъектор препарат из ампулы и сделал укол капитану в предплечье. К большому удовольствию полковника, состав 5075 не имел значимых побочных эффектов в плане помех для препаратного допроса или установки психологических закладок. Напротив, процесс обработки упрощался - объект уже находился в бессознательном состоянии, делай, что хочешь.

Вколов еще одну смесь капитану и слегка взбодрив объект, но, не приводя его окончательно в сознание, Смит задал начальные гипноустановки. А затем вколол еще одну дозу, поставил комм на запись и приступил к вопросам.

– Имя, звание, должность?

– Джек Китамура, капитан, командир второй роты Второго отдельного полка Управления специальных операций Флота.

– Состав подразделения Второго полка УСО Флота, прибывшего на орбиту Лауры на транспортном судне?

– Второй отдельный полк Управления специальных операций Флота.

Объект повторился, видимо, вопрос был задан некорректно. Смит его переформулировал.

– Название транспортного судна, на котором вы прибыли на орбиту Лауры?

– Ланкашир-два.

– Какие подразделения находятся в данный момент на борту транспортного судна "Ланкашир-два"?

– Второй отдельный полк Управления специальных операций Флота.

– Чтоб тебя...
– пробормотал Смит.

– Не понимаю.

Полковник сжал зубы, чертыхнулся мысленно и снова изменил формулировку.

– Назовите подразделения, батальоны, роты, взводы и службы Второго полка УСО Флота, включенные в состав миссии на Лауре.

– Семь штурмовых рот, рота огневой поддержки, служба тыла и матобеспечения, служба разведки, арсенальный взвод, группа связи и приданный механизированный батальон тяжелой робототехники.

Смит выпустил воздух из легких. Дело сдвинулось. Уточнив число бойцов, виды и количество техники, прибывшей на транспорте, полковник стал выведывать цели и задачи миссии. Выяснил.

Второму отдельному полку УСО вменялось в задачи обеспечение безопасности космопорта и бесперебойности поставок воларита. А попутно - пресечение диверсий, незаконных проникновений на территорию и прочая казенная канитель. А всего на транспорте прибыло тысяча двести военнослужащих. Не считая приданного батальона. И куча бронетехники. Высадку планировалось осуществить пятью рейсами на двух ботах. Пятым и шестым рейсом предполагалась доставка тяжелой робототехники.

Экспресс-допрос занял около сорока минут. В основном, нужные сведения Смит получил. Большего из Китамуры без риска сбить настройки не вытащить. Закруглившись, полковник позвал Абрамяна и вручил ему листок.

– Держи. Читаешь двадцать минут. Затем инъекция. По стандартной схеме. Потом снова читаешь двадцать минут. Кодовые фразы внизу выделены. Через час я подойду, проверю реакции и привязку. Ясно?

– Да.

– Хорошо тебе. А вот мне многое неясно.

Полковник задумался. Допрос оптимизма ему не прибавил. Вся затея с попыткой скрыть захват космопорта в данный момент представлялась полнейшей авантюрой. Ладно, второй рейс они аналогичным образом примут, бойцов газовой атакой нейтрализуют, но на третьем - четвертом что-нибудь обязательно пойдет вкривь и вкось. Не может не пойти, по определению. Статистика, опыт и интуиция в этом не давали усомниться. А с пятым рейсом - вообще безнадега. Вывести технику, операторов, кучу обслуги в одно помещение не получится. И предлога вменяемого не придумать. А травить газом народ на борту - не вариант. Изолированные отсеки тяжелых космоботов будто специально созданы, чтобы препятствовать таким акциям.

Придется нейтрализовать по-другому, вероятно со стрельбой. Шум поднимется. А в космопорте не только люди Смита находятся. Вновь не диверсию списывать - бред. Никто не поверит во второй раз. Да и заготовок нет. И шила в мешке не утаишь. Да и с пленниками непонятно, что делать. Смит до сих пор решения не придумал. Разве что в расход всех. И бойцов полка УСО, и военного дознавателя, и конторских, и контрразведчика, и рабочих грузового терминала, и диспетчеров, и прочих... "не своих". Веселенькая перспектива.