Шрифт:
– Да.
– Вы скотина, профессор!
– Да.
– А что именно вы ей сказали, Северус? – спокойно спросил директор.
– Я сказал, что она не в моем вкусе. Что я пользуюсь большим успехом у женщин, гораздо более красивых и интересных, чем она.
– Действительно, чушь! – фыркнула декан гриффиндорцев.- Надо же в такое поверить! Вы идиот, Снейп!
– Я идиот, что потащился вместе с вами к озеру! – крикнул Снейп. – Она улетела, когда увидела меня – если бы меня не было там, вы бы смогли…- он опять закрыл лицо руками.
– Нет, Северус, вы, конечно, идиот – это бесспорно, – все также безмятежно заметил Дамблдор, – но не потому, что пошли с нами к озеру, а потому, что вы боитесь того, что вас кто-то любит.
Снейп поднял голову и недоверчиво уставился на директора.
– Она студентка, – покладисто согласился тот, – но, пожалуй, уже не ребенок. Ей шестнадцать, если я не ошибаюсь. А кстати, Северус, сколько вам было лет, когда вы полюбили Лили Эванс?
– При чем тут… – возмутился Снейп.
– И это, надо полагать, была просто детская фантазия, которую вы, повзрослев, забыли? – безжалостно продолжал директор.
Снейп угрюмо замолчал.
– И вы, вероятно, полагаете, что вы единственный человек в этом мире, способный на глубокую искреннюю любовь?
– А ничего, что я ей в отцы гожусь? – прошипел Снейп.
Дамблдор критически оглядел его с головы до ног.
– М-да… действительно, странный выбор, что и говорить. Но вы же знаете поговорку, Северус – любовь зла…
– Спасибо, Дамблдор.
– Всегда пожалуйста, – лучезарно улыбнулся тот. – Вот что коллеги: Минерва, предупредите, пожалуйста, профессора Флитвика – пусть объявит на своем факультете, что мисс Фицжеральд заболела, и ее пришлось увезти в больницу святого Мунго. А вы, Северус, попросите пока мистера Малфоя держать язык за зубами.
Вернувшись в подземелье, Снейп увидел, что пара уже окончилась, ученики разошлись. Умница Грейнджер позаботилась о том, чтобы каждый из них оставил на его столе подписанную мензурку с образцом полученного зелья. «Надо будет дать десять очков Гриффиндору», – рассеяно подумал он. – «Хотя, впрочем, обойдутся». Он сел и сгорбившись, опустив голову на руки. Ему было тошно и страшно.
Дамблдор позвал их к себе только два дня спустя. Снейп был вымотан до предела – чувство вины и страха терзали его, не отпуская ни днем, ни ночью. В кабинет директора он шел уже на автопилоте, ожидая услышать худшее.
– Коллеги, у меня для вас две новости – хорошая и плохая, – объявил Дамблдор.
Снейп закрыл глаза и оперся спиной о стену, уже не в силах выносить напряжение.
– Хорошая новость – мисс Фицжеральд жива, и ей удалось обратное превращение.
– Где она? – спросил Флитвик.
– В Лондоне. В доме своей старшей сестры.
Снейп почувствовал, что впервые за последние три дня он может нормально дышать.
– А плохая новость?
– Она не хочет возвращаться в Хогвартс.
– О, нет! – воскликнул Флитвик. – Это невозможно! В этом году экзамен на СОВу. Если она сейчас бросит школу, у нее не будет разрешения на использование магии.
– Да, – продолжил Дамблдор, – поэтому я сейчас отправляюсь в Лондон. Постараюсь вернуть ее к нам.
– Я поеду с вами, – хрипло сказал Снейп.
– Нет, Северус. Вы же помните, что произошло у озера. Ваше присутствие может сделать мою задачу невыполнимой.
Снейп опустил глаза. Возразить ему было нечего.
Франческа летела на северо-восток, не задумываясь, куда и зачем летит. Какое то новое чувство, животная интуиция внутри нее, точно знало направление полета. Ей оставалось лишь поднимать и опускать крылья, ловить потоки прохладного воздуха.
Она устала. Но все равно продолжала лететь, не останавливаясь и не оглядываясь. Что-то подсказывало ей, что остановившись, она уже не сможет продолжить полет. Чайка летела все дальше и дальше, не замечая, что позади, на расстоянии примерно в полмили, за ней неотступно следует другая птица – в красно-золотом оперении.
Когда чайка опустилась на знакомое крыльцо, она уже была едва жива от усталости и истощения. Закрыв глаза, Франческа погрузилась в забытье. Там, на крыльце, спустя час ее и нашла старшая сестра. Меган уже была совершеннолетней, и год назад ушла от родителей. Вместе с бойфрендом они снимали маленький домик в пригороде Лондона.