Шрифт:
– Она спросила меня, являюсь ли я чистокровным волшебником, а потом сказала, что я не должен пачкать руки о такую м-м-м...извините, сэр, это она так сказала, о такую грязнокровку, как она.
Снейп судорожно втянул воздух. Дамблдор мельком взглянул на него.
– Сэр, я думаю, ее кто-то обозвал – может быть, кто-то с нашего факультета.
– Хорошо, Драко. Теперь, пожалуйста, сходи в учительскую, позови профессора Макгонагалл, нам может понадобиться ее помощь.
– Что вы намерены делать? – спросил Снейп, когда за Малфоем закрылась дверь.
– Нам нужно вернуть ее, Северус, и вернуть как можно скорее. Это все чрезвычайно опасно.
– Почему?
– А вы знаете, как волшебник может стать анимагом?
– Я полагаю, для этого нужна природная предрасположенность.
– Совсем не обязательно. Главное – это желание, опытный наставник и месяцы, а то и годы тренировки. Минерве насколько я знаю, понадобился почти год. Но, бывает и по-другому. В истории магии известны несколько случаев, когда волшебники становились анимагами мгновенно – без всякой подготовки и тренировки. Это происходило в особых обстоятельствах. Либо колдуну или ведьме грозила смертельная опасность, и превращение в животное помогало избежать гибели, либо… они испытывали экстремальное страдание – душевную боль такой силы, когда уже не хочется жить, не хочется дышать.
Снейп побледнел.
– Чем опасно такое мгновенное превращение?
– Тем, что волшебник не владеет навыком превращения осознанно, не умеет контролировать процесс. Некоторые из тех анимагов, о которых я упомянул, исчезли бесследно. Не исключено, что они так и остались животными, не сумев превратиться обратно в людей. Возможно, при внезапном превращении повреждается разум. Или же может случиться неконтролируемое превращение обратно, и тогда мисс Фицжеральд просто упадет с большой высоты.
Снейп закрыл глаза. На этот раз все получилось еще хуже.
Втроем с профессором Макгонагал они быстро, как только могли, дошли до озера. Чайка описывала большие круги, то опускаясь к самой глади воды, то вновь взмывая ввысь.
Дамблдор наблюдал за ней некоторое время, затем поднес к горлу волшебную палочку:
– Сонор!
– Франческа! – позвал он магически усиленным голосом.
Птица на лету повернула голову, а затем стала медленно снижаться, направляясь в их сторону. Подлетев ближе, она внезапно резко вскрикнула и снова взмыла высоко в воздух.
– Франческа, вернитесь, прошу вас!
Но птица улетала все дальше и дальше, прочь от озера, пока окончательно не скрылась из виду.
– Что теперь делать? – испуганно спросила Макгонагалл.
– Идемте! – резко ответил Дамблдор.
Войдя в свой кабинет, он подошел к золотому шесту, на котором дремал феникс.
– Фоукс, – птица встрепенулась и открыла глаза, – нужна помощь. Чайка летит на северо-восток. Найди ее. Нам нужно знать, куда она направляется.
Фоукс расправил золотисто-красные крылья и легко вылетел из окна.
– Пока это все, что мы можем сделать. Я дам вам знать, когда будут новости.
Профессор Макгонагалл вздохнула, печально покачав головой.
– Наверняка это был кто-то из старшекурсников вашего факультета, – напустилась она на Снейпа. Тот отрицательно покачал головой. – Слизеринцы чаще других гордятся чистотой крови и презирают маглорожденных! – настаивала Макгонагалл.
Несколько секунд Дамблдор и Макгонагалл молча смотрели на него, не произнося ни слова. Снейп опустился в кресло, сгорбился и закрыл лицо руками.
– Вы?!!! Но зачем, святые небеса?
– Первый раз она призналась мне в любви на втором курсе. – Снейп не смотрел в изумленные лица коллег. – Не думаю, что она собиралась сделать это намеренно, скорее все вышло случайно. Я тогда почти не обратил внимания. Потом, в прошлом году, помните – после святочного бала вы попросили меня проводить ее до факультета?
Дамблдор кивнул, не сводя пристального взгляда с бледного убитого лица преподавателя зельеварения.
– Я был уверен, что она уже давно позабыла эту детскую фантазию, и позволил себе пошутить на эту тему – и спровоцировал ее на новое признание. Я не знал, что делать…Я игнорировал ее в течение всего последнего года, не разговаривал до сегодняшнего дня…
– А сегодня?
—Позавчера я услышал ее новую песню. Вы слышали?
Дамблдор и Макгонагалл дружно кивнули.
Снейп кивнул. Макгонагалл ахнула.
—Я оставил ее сегодня после урока. Я и сам не знал, что я собираюсь сказать, а в итоге наговорил грубостей. Вообще-то я нес чушь, но она мне поверила.
– Вы обозвали ее грязнокровкой! – гневно воскликнула Макгонагалл.