«А вдруг кто-то заметил? Или обошлось? Сейчас не самая выгодная позиция. Заметят — убьют сразу. Ох, мать!» — думал он, взбираясь на своего коня.

Да, были в детстве страшные моменты. Приходилось воровать в магазинах еду. Денег в семье не было, а есть хотелось. Отец пил. Мама тащила всех одна на трех работах и тем не менее получала тумаков от отца, если не успевала приготовить ужин. Когда мальчишка быстрее ветра выскакивал из магазина с полным рюкзаком разной еды, то до жути боялся того, что его поймают. Ведь такое было. И не раз. Но даже тогда ему не становилось настолько страшно.

Вот он уже развернул свою лошадь и пустился рысью, но откуда ни возьмись появился большой столб пламени, в центре которого оказался сам наездник вместе с животным. Они тут же начали гореть живьем. Человек взревел от мучительной боли, его пытались лечить маги, что прятались на верхушке горы и уклонялись от ответного огня, но от этого становилось только хуже. Ему просто не давали догореть, ведь пламя не утихало, а уровень здоровья то падал, то поднимался. Игрок судорожно пытался нажать кнопку выхода из игры, но она не работала.

«Почему?! Почему?! Я же мог выходить! Что происходит?! Почему так горячо?! Я же дома. В ванной. Только проснулся. Вернулся с учебы. Даже за комп еще не садился…»

Он умер героем и им не проснулся…

На проверку запасных ворот Старшой отправил еще один отряд, из-за чего интенсивность огня спала. Но ему также открывалась полная карта поля боя, а значит, он мог строить дальнейшие ходы. По всему поселению внизу рассыпались сотни мелких огненных очагов. Это могли быть факелы, горящие дома, люди и все, что угодно. Они пронзали тьму холодной зимней ночи. Командование не учло тот факт, что аномальная зона блуждает по просторам Альтуриона и сейчас накрывает большую часть деревни. Усилившийся снегопад начал мешать обзору…

***

Отряд «Диверсионный-два». К^ни^го^ед^.^нет

Рев передового отряда грянул, как гром. Муравейник тут же всполошился. Зажглись факелы. На стенах зашевелились силуэты. На сторожевых вышках проснулись стрелки, в одурманенном состоянии пытаясь найти источник угрозы.

— Понеслась! — крикнул Максим и первым выскочил из заснеженных кустов…

Он тут же сосредоточил все свои усилия на куске земли под стеной. Он тренировался для этого всю неделю как проклятый, чтобы хватило сил. Ноги уперлись в снег и приняли на себя весь груз могущественной магии, вскоре даже почва продавилась и пошла легкими трещинами. Маг чувствовал колоссальную энергию, которая бурлит, словно гейзер, и вырывается наружу, словно вулканическая порода. К нему поспешила еще пятерка колдунов. Одни раскачивали воду, создавая что-то вроде волн, похожих на те, что бьют в море о скалы. Стена громко заскрипела, теряя свою опору. Потом наклонилась назад от ударов волн и с каждым последующим приливом меняла свой угол к нулю.

Огромная часть той самой стены в определенный момент обрушилась прямо в ров. А тем временем первая линия атаки отряда «Д-два» из шестерых всадников и дюжины бойцов ворвалась в деревню, перебираясь через свалку дерева и камня. За ними шел Максим со второй группой из магов и лучников. Они сразу бросились в сторону большого здания, по виду таверны, вырезая всех на своем пути.

Но среди бандитов оказалось достаточно много тренированных бойцов. Некоторые разбились по два-три человека и лоб в лоб встречали активное сопротивление. У отряда «Д-два» имелись свои важные задачи. Они должны были найти пропавших игроков, а также тех, кто стоит за всем местным беспределом, и не могли позволить себе участвовать в общей потасовке. Поэтому бегали по переулкам и дворам, выискивая заложников. И сходились в битвах только тогда, когда с наибольшей вероятностью могли выйти из них живыми. Но они не отступали, а объединялись с ближайшими группами товарищей и перехватывали цели.

Все тактические маневры клан отрабатывал в тайне от остальных игроков, так как понимал, что эта битва случится, и нужно быть готовым к любому повороту событий. Для них это далеко не первая игра и не последняя… Просто очередной рейд или клановая война…

***

Кира кашлянула, сплюнув кровь. Чувствительность медленно возвращалась. Запястья и руки очень сильно ныли от боли. И это было не удивительно, ведь они с Полиной висели прямо на задних воротах. Их запястья стянули веревкой и обвязали вокруг перекладины над головой. Под ногами было пусто — целых два метра до земли.

Сказать, что было страшно и больно — не сказать ничего. У Киры началась самая настоящая паника. Девушка еле повернула голову, посмотрев на подругу, голова которой была опущена.

— П-п-полина… — попыталась позвать девушка, но вышло только нечленораздельное мычание.

Подруга не ответила.

«Она что, потеряла сознание? — подумала Кира. — Хотела бы и я сейчас потерять сознание…»

— Так-с, ну, что, как вам видок? — раздался ехидный голос со смотровой вышки.

Его поддержал смех стражи.

На них смотрел темный лес… и горящее поместье за стеной деревьев. Треск пламени здесь был слышен очень хорошо.

«Теперь Николай и остальные заключенные тоже мертвы. Он бы не успел спасти их за такой короткий промежуток времени. Они все сейчас горят там, в огне. Неужели это конец? Каждый раз, когда я думала, что умру, считала, что хуже уже быть не может. Как же я ошибалась…»

Все ее лицо было в слезах. Она смотрела на ревущее пламя, вспоминала теплую улыбку Махины, когда он ухаживал за ней после той злополучной трагедии, Дашу, которая спрашивала у нее совета по дизайну Башни, вечно возмущенного Воробья, улыбающиеся лица родителей…