— Дело в том, — говорю я облизнув губы после поцелуя, — что я не могу есть то чего не вижу.

— Начинается. Я что, зря тащился сюда?

— А чем бы ты хотел заняться? — тут же спрашиваю и прикусываю язык, прекрасно понимая, что играю с огнем. Но я хочу знать о нем как можно больше. Хочу знать все.

— Я покажу, как только мы доберемся до машины.

Кажется его там ждет большое обломинго, — усмехаюсь про себя, — но решаю заранее завести его посильнее, чтобы неудача чувствовалась еще острее, чем стыд, когда он щеголял в одном полотенце.

Скидываю туфлю и протягиваю ногу через стол, касаюсь ткани брюк и ползу выше, чтобы поставить пятку на край его стула и коснуться пальчиками одного очень неприличного места.

Не видно было ничего, только по помещению, как светлячки летали маски ночного видения на официантах, но я ясно ощутила, как напряглась под ногой плоть, как резко, шумно выдохнул воздух Макар. Как захват на моей руке стал крепче.

— Немного не во время, — сильная рука теперь сжала в капкане мою лодыжку. Но вместо того, чтобы убрать, как я думала руку, он стал направлять мое действие, вынуждая меня уже задыхаться от возбуждения.

Как же легко поверить, что все это настоящее. Что он не подонок и лжец, который решил поиграть с одной наивной девчонкой. Только вот он даже не понял, с кем связался.

К нам подошел официант светя очками. К щекам прилил жар, когда я поняла, что он в отличие от нас видит все, что происходит за столом.

Я попыталась убрать ногу, руку, но тщетно.

— Макар Александрович мы рады видеть вас в нашем ресторане снова, распинался парень. Ты еще в пояс поклонись — Что вам принести.

Его конечно все знают. А сколько уже девушек он соблазнил таким вот затейливым способом? Кобель! Снова дернула ногой, но это как в капкане, стало только больнее.

— Нам тарелку фруктового ассорти и бутылку Асти.

— Мне сок, — вставила я радуясь, что не придется есть ничего тяжелого. Если честно внутри такая буря, что я скорее подавлюсь, чем смогу проглотить хоть что-то.

— И сок, — подтвердил Макар, дождался пока официант уйдет и продолжил экзекуции моей ноги своей железной эрекцией.

— Совсем пить не будешь?

— Совсем, — подтвердила я и решила для себя. Даже сок.

Следующие несколько минут проходили в молчании, с моей стороны, потому что Макару позвонили. Мне оставалось только слушать и понимать, что он опять мне ничего не скажет. А судя по тону, которым он говорил на чистом без запинки, английском языке, что-то случилось.

— Проблемы? — спросила я, когда он вяло попрощался и вернул мою ногу, кажется, теперь уже на законное место.

— Не думай об этом, — отмахнулся он и когда я уже открыла рот, чтобы выразить возмущение, пришел светлячок и поставил между нами огромное блюдо и бутылку шампанского.

В слабом зеленом свете, я снова увидела острые черты лица Макара, которому жуть как шел этот мрачный облик. Настоящий дьявол во плоти, с которым я решила поиграть. Только вот не обернуться ли эти игры против меня. Еще я заметила, что смотрит он прямо на меня, цепляет взглядом, давит, проникает в самую суть, вытягивает любую мысль, не относящуюся к нему.

— Готова?

— К чему? — не поняла я.

— К самому сексуальному приему пищи в твоей жизни, — где-то я это уже слышала. Буквально вчера, когда мне обещали лучший секс. Посмотрим насколько лживым окажется сегодняшнее заявление.

— Я сам буду кормить тебя.

Бесявая. Это слово, как нельзя лучше подходит этой девке. Раздражает. Смешит. Сводит с ума. Возбуждает до скрежета зубов. И глаза эти, темные, жгучие, как два колодца, в которые прыгнуть хочется с разбега.

И была бы только внешность как у богини, так нет, надо же было природе сделать ее вполне себе разумной, загадочной, смешливой.

Еще и будущий врач, что тоже определяет человека, как минимум не тупого.

Отомстить решил за подставу в душе. Сам не рад. Чего добился? Только залип сильнее. Зацепился. Захотел чего-то светлого, нетронутого.

А ведь план был так прост. Отомстить. Трахнуть. На утро позлорадствовать. Собрал досье, нашел телефон и позвонил. Чтобы услышать в трубку рыдание о том, что ее изнасиловали, а она ничего не помнит.

А что по итогу?

Не услышал ничего. Просто тупые гудки. И первая мысль: повесилась или в реку спрыгнула. Признаться труханул сильно, собрался за пару минут и рванул до ее обшарпанного общежития. А там эти ее подружки.