– Игорь, отвези меня домой, - прошу, устало откинувшись на спинку сиденья. И вроде бы столько проспала, а ощущения легкости нет.

– Извини, красотулечка, не могу. Дорогу забыл, - и принимается насвистывать какую-то мелодию.

– И надолго?

– Что именно?

– Память отшибло извозчику надолго? – все-таки заражаюсь его весельем.

– Как будешь себя вести.

– А если я буду хорошей девочкой?

Только поймав на себе ореховый взгляд, плавившийся желанием, соображаю насколько двусмысленно прозвучал мой вопрос.

– Игорь, прекрати, - ощущая, как горит лицо.

– Что? – промурлыкал низким голосом.

– Прекрати на меня так смотреть.

– Как? – не прекращает мучить меня своим обволакивающим голосом, пробуждающим самые низменные инстинкты.

– Так, - сглотнув образовавшийся в горле ком, - так, будто хочешь меня съесть.

– Съесть – нет, не хочу, а вот облизать…

Все, сам напросился. Резко подавшись к нему, как раз вошедшего в плавный поворот, жду, пока он перестроится и немного расслабится.

Обнимаю его за шею. Он слегка вздрагивает, шумно выдыхает. Пальцы крепче сжимают руль.

– И почему ты до сих пор не делаешь то, что хочешь?

Дважды спрашивать не приходится. Игорь съезжает с дороги, по грунтовке в чисто поле. В считаные секунды на мне не остается одежды. А между бедер полыхает пожар. Пульсирует. И я поторапливаю Игоря, выгибаясь навстречу, прижимаясь, желая только одного – стать с ним единым. Ощутить его в себе, такого большого, сильного. Как он двигается: сперва медленно, словно изучая, но с каждым моим стоном ускоряется, беспощадно врываясь в мое тело. Ласкает, мнет, кусает. И я вторю каждому его движению, присваивая и клеймя, наслаждаясь, как он подставляет свою шею моим губам. Как порыкивает, ощущая мои укусы. И как приглушенно смеется, выпивая мои стоны.

И доводит меня до безумия. Я кричу, бьюсь в его руках, впечатываясь в его тело. Еще ближе. Еще. Еще. Сильнее. Мощнее. Да. Да. Вот так. Так хорошо. Оргазм накрывает, скручивая судорогой каждую мышцу. Сливается в едином наслаждении с самым великолепным мужчиной.

Уже после он благодарит меня долгим поцелуем и теплотой в глазах цвета расплавленного золота. щемящая нежность поселяется где-то в груди. И лишь когда Игорь снова садится за руль, выезжает на трассу, я тихо плачу, прислонившись виском к прохладному стеклу.

Глава 11.

11.

Июнь.

— Это кто? — спрашиваю, не сводя глаз с высокого блондина, хлопочущего над белокурой женщиной, жмущейся к нему, как единственному спасению.

Игорь прослеживает за моим взглядом, отвлекшись от вязания каких-то узлов.

— Это Димыч, братец мой, — я слышу, как он улыбается. — Хочешь, познакомлю?

— Нет, — отвечаю поспешно. Слишком, чтобы это не укрылось от Игоря. Но он лишь пожимает плечами. — А женщину с ним ты знаешь? — продолжаю свой допрос.

— А ты разве нет?

Киваю.

— Это тетя Алиса, — говорю, чувствуя, как что-то непонятное роется в душе, зудит, не дает покоя. Обида? Злость? — Но почему она с твоим братом?

Но Игорь не слышит, отвлекаясь, раздавая указания своему пилоту. Ему неинтересен наш разговор. А я понять не могу, как человек может быть настолько…двуличным? Она же всех убеждает, что отчаянно любит мужа и моего родного дядю Марка Ямпольского. А сама забавляется с другим? Ничего не понимаю.

— Марусь, я закончил. Поехали поужинаем. Я голоден как стая волков.

Фыркаю и тут же оказываюсь в кольце сильных рук. Откидываю ему на грудь, не сводя глаз с Димы и тети Алисы. Он поит ее чаем, усаживает в машину. Они уезжают.

— Димка Марка нашел, представляешь? — тихий шепот заставляет меня подпрыгнуть на месте и резко развернуться в руках Игоря.

— В смысле, нащел?

Дядя Марк пропал пять лет назад. Все считали и считают его погибшим, кроме его жены и, пожалуй, папы. А мама совсем недавно поставила памятник. Она уверена, что тетя Алиса должна отпустить его. А Игорь говорит, что его брат нашел его? Живого или…?

— Представляешь, он все это время жил у лесника рядом с поселком, где живет моя сестра с дедом. Помнишь, я тебе рассказывал?

Снова кивок. Чувствую себя китайским болванчиком, только и делаю, что головой мотаю.

— Ну вот. А сестра за ним ухаживала, выхаживала и ни словом не обмолвилась за все это время. Говорит, боялась, потому что вдруг поняла, что влюбилась в него. Удержать хотела. А потом о Марке узнал Димыч.

Выдыхаю. Вот это история. Ничего себе!

— И твой брат приехал за Алисой, чтобы отвезти ее к мужу, — догадываюсь об очевидном.