— Нас голыми руками не возьмёшь, — решительно заявил Жжёный. — У нас есть оружие, артефакты, и народ настроен драться до последнего, потому как терять нам нечего, кроме собственных цепей.

— Нас не обязательно будут атаковать в лоб, — возразил я. — Если организуют блокаду, то возьмут измором.

— Продуктов на складе осталось на три дня, — сообщила Инлит Рыжая и попыталась от волнения распахнуть робу на груди, но я заставил её застегнуться.

— Продукты фермеры привозят каждое утро, — успокоил Жжёный. — Пипо с ними расплачивался праматерией. Точнее, антизаготовками: они у себя на Заливных лугах аномалии уничтожают.

— Есть чем расплатиться с фермерами завтра? — уточнил я у Жжёного.

— Праматерии пока хватит. Можно недели две рассчитываться. Потом придётся артефакты в ход пустить: некоторые они берут охотно.

Тут впервые за всё совещание подал голос Фальгран:

— Если нас возьмут в блокаду, то фермеров сюда никто не пустит, — резонно заметил он.

— Это нелегко сделать, — возразил Жжёный. — Фермеры сами по себе держаться, ни с кем в союз не вступают, ни с кем не воюют. Чтобы им чего–то там запретить, нужно их захватить. А это очень сложно — ребята мужественные и свободолюбивые.

Я выслушал своих подчинённых, и мне снова пришла в голову мысль о странностях нашего Омнеотрона, в частности, об «образумливании». Ведь тот же Жжёный — по сути новорожденный, откуда у него столько знаний и навыков? Он, ещё несколько часов назад бывший ботом, знает о тонкостях экономических отношений с фермерами, о гарнизонной и караульной службе. Инлит, назначение которой было до недавнего времени подставлять спину плёткам садистов, сумела наладить систему питания рабочих, командовать женщинами на кухне и оценить количество необходимых продуктов. Да и я сам менее недели как образумился, а уже поднимаю восстание и возглавляю отряд мятежных рабочих. Странно всё это!

— Эй, Ледогор, ты не заснул? — подтолкнул меня Фальгран.

— Да! — спохватился я. — Проблема питания разрешима, согласен. Но есть и другие проблемы. Нам нужна не только еда. Нам нужна энергия для подзарядки артефактов, нам нужны боеприпасы, расходные материалы для защитных костюмов, запасные детали для оружия, смазка и ещё куча разных вещей. Тут одними фермерами не обойдёшься. Нужны связи с другими кланами.

— Мы захватили десятка три пленных, — сообщил Жжёный. — Они сидят в подвале заводоуправления. Там есть один шустрый внешник, Декапр. Думаю, он нам поможет наладить контакты с поставщиками.

— Этот прохвост обманет, — засомневался я.

— Мы его кнутом и пряником обяжем, — предложил Фальгран. — Будет отказываться, пригрозим расстрелять. Согласится сотрудничать, заплатим артефактами.

— Главное, чтобы блокады не было, — напомнил я оптимисту. — Если обложат со всех сторон, то торговать будет не с кем.

Оставалась ещё одна проблема, которую я озвучил под конец совещания:

— И самое главное — как нам дальше жить. Запустить производство? Тогда придётся снова кого–то отправлять в карьер работать на износ. А кого–то — в аномалиях гибнуть. Тут нет автоматики, полностью ручной труд. Мы ведь не для того людей освободили, чтобы снова заставлять гибнут от тяжёлой работы!

На этот раз командиры промолчали, глубоко задумавшись. Я добавил:

— Сконструировать и запустить механизмы для сбора анобразов — дело нелёгкое. Требуются грамотные инженеры для проектирования, технологи для изготовления деталей, механики, ремонтники… Времени уйдёт — уйма! К тому моменту у нас закончатся артефакты на продажу и начнутся трудности.

Ответов ни у кого не было, в том числе и у меня. Понятно было одно: получить свободу — это ещё полдела, главное — это её удержать. Как это сделать, мы пока не знали.

Утром прибыли фермеры — двое загорелых мужчин, вооружённых мощными карабинами. Они прилетели на шестикрыле — гигантском насекомом, используемом фермерами в качестве вьючного животного. Я отправил к ним рыжую Инлит, наказав выторговать выгодные условия. Хотел на помощь к ней отправить бойкого на язык Декапра, но он наотрез отказался, хотя я ему и угрожал, и сулил артефакты. Сбытовик был изрядно напуган происшедшим и постоянно твердил о том, что у Пипо во Внешнем мире большие связи и высокопоставленные знакомые, которые заинтересованы в его деятельности тут, в Омнеотроне.

Скоро мне пришлось в этом убедиться самому. Удар нас постиг неожиданный и страшный. Пока Инлит торговалась с фермерами, Фальгран испытывал незнакомые образцы вооружения, Жжёный сменял караулы, а я препирался с Декапром, на промплощадке со стороны сборочного цеха послышались резкие скрежещущие звуки. Оставив вредного сбытовика на попечение часового, я выбежал на улицу и увидел, как на плоской крыше цеха материализовалась группа людей в тёмно–синих, до боли знакомых бронескафандрах высшей защиты. Бойцов было десятка полтора, в руках они держали чёрные короткие снайперские винтовки. Зрение у меня было усилено артефактами, и я разглядел у них на груди страшную надпись «Техподдержка». Высокий боец с красными полосами на обоих рукавах, по–видимому, командир группы, снял гермошлем и я увидел его глаза, светящиеся, с абсолютно белыми радужными оболочками. Бессмертный, догадался я каким–то шестым чувством. Более, того, я понял, что эти ребята, с которыми я когда–то сталкивался на Песчаной косе, шутить не будут. Хитрый Пипо всё–таки сумел вызвать подмогу, да не простую, а саму техподдержку.