Мы прошли ещё немного вглубь посёлка, пока не натолкнулись на миловидную женщину, несущую полную корзину хрустальных колокольчиков.

— Ты пока не появляйся, — посоветовал я Фальграну, деактивируя прят.

Женщина, увидев, как перед ней на дороге появился из пустоты незнакомец в потрёпанном научном скафандре, истошно завизжала и выронила свою ношу. Колокольчики со звоном попадали на дорогу, некоторые из них разбились, печально звякнув напоследок. Я мысленно проклял себя за такой необдуманный поступок и хотел снова замаскироваться, но не успел: на визг примчались те самые вооружённые мужики, которых мы недавно видели.

Артефакт действует не сразу, поэтому едва я запустил его активацию, как был немедленно схвачен с двух сторон. Прят выдернули из пояса и бросили на дорогу. Крепкие руки обыскали меня; я почувствовал, как из потайного кармана был вынут пистолет — последнее моё оружие.

— Ты кто такой? — грозно спросил высокий мужчина, тыча меня стволом карабина в подбородок. Его серо–стальные глаза смотрели решительно и грозно.

— Да шпион он! — крикнул из толпы мужчин самый молодой. — Грохнуть его, и вся недолга!

— Грохнуть мы его всегда успеем, — резонно заметил рослый. — Может, их тут целая орава прячется.

Он упёр мне ствол в лоб и крикнул в сторону:

— Эй, шпионы! Ну–ка явитесь на свет. Или я башку одного из ваших сейчас в фарш превращу!

В стороне послушно материализовался Фальгран, тут же взятый на прицел решительными молодцами.

— Остальные тоже выходите! — воззвал сероглазый, но больше никто не появился.

— Мы тут вдвоём, — честно признался я. — И мы не шпионы.

— А кто вы, туристы? Отстали от группы? — ехидно спросил юноша, предлагавший нас немедленно грохнуть.

— Сбегай за Эйной! — приказал сероглазый остроумцу. — Пусть она решает.

Сердце моё радостно забилось. Эйна! Наша Эйна! Другой быть не может: не бывает в Омнеотроне внешников с одинаковым именем.

Нас отвели на обочину и усадили на травку, держа под прицелами. Я боялся, что Эйна не придёт и решит нашу судьбу на расстоянии: велит на всякий случай нас прикончить. Вот идиотская ситуация! Из лап техподдержки вырвались, а тут погибнем по приказу девушки, когда–то проявившей ко мне интерес. Она у них тут главная, что ли?

На наше счастье Эйна не заставила себя долго ждать. Она появилась в сопровождении юноши, всё такая же красивая и свежая. Только комбинезон был на ней другой, новее и чище. Юноша что–то ей оживлённо рассказывал, размахивая карабином, девушка молча слушала, иногда кивая с озабоченным видом. Странно, почему я вдруг так разволновался?

Она подошла, оглядела сперва меня, не узнавая: взгляд её больших синих глаз был холоден и насторожен настолько, что я невольно поднялся на ноги. Потом Эйна перевела взгляд на Фальграна, так же вставшего с земли. Потом снова на меня. И вдруг она по–бабьи охнула, подскочила ко мне и, не стесняясь присутствующих, обняла меня, прижавшись щекой к щеке.

— Вернулся! Я же говорила, что мы обязательно встретимся! Говорила!

Она отодвинулась от меня, положила мне руки на плечи и внимательно всмотрелась (Фальгран при этом пробурчал: «Так вот он какой, твой товарищ! Ничего, симпатичный»).

— Изменился, похорошел! — улыбнулась девушка, глядя мне в глаза. — Но всё равно такой же безъязыкий. Молчаливый донжуан!

Повернувшись к вооружённым мужикам, от растерянности опустившим карабины, она махнула рукой:

— Всё в порядке. Это свои!

Вскоре мы уже сидели втроём в доме Эйны за накрытым столом. Я ревниво оглядел единственную комнату, но следов мужского присутствия не обнаружил. Всё тут было девичье: разные салфеточки, рюшечки, картинки на стенах, цветы в вазе, узкая односпальная кровать в углу, аккуратно заправленная вышитым покрывалом.

Я завершил долгий и трагичный рассказ о наших с Фальграном злоключениях, чувствуя непривычную тяжесть на сердце. Она сидела с полными слёз глазами, ошарашенная то ли печальной историей о неудавшемся восстании, то ли моим признанием в том, что я — всего–навсего бот. Мой спутник почти всё время молчал, лишь изредка поддакивая мне в особо драматичных местах моего рассказа. Он блаженствовал: Эйна наложила ему на рану какую–то дымящуюся мазь, которая сняла ноющую боль.

— Даже не знаю, что и посоветовать, — задумчиво произнесла девушка, — ни как староста посёлка, ни как просто человек…

— Не знаешь, стоит ли помогать двум тупым ботам или нет? — холодно спросил я и тут же пожалел, что зря обидел искреннюю девушку.

— Ну зачем ты так! — упрекнула она меня. — Я не расистка. У нас тут нет таких в посёлке. Мы не эксплуатируем… хм… вас, не используем ваш труд. Мы своими руками себя обеспечиваем.

Она выглянула в окно.

— Ты знаешь, — продолжила Эйна. — Вы можете отсидеться здесь. Техподдержка сюда не сунется, знает, что тут… хм… ботов нет и никогда не бывает. А если и сунется, то на локации полно укромных уголков, где вам можно спрятаться. Ни один детектор не обнаружит.