— Я не хочу прятаться, Эйна!

Чёрт возьми, почему меня так и подмывает разговаривать с ней грубо!

— Я хочу другого: вернуться назад на завод и взять реванш. Нужно только придумать, как это сделать.

Девушка всплеснула руками:

— «Взять реванш», как просто! Это значит перебить всю бессмертную техподдержку, снова взбаламутить рабочих, создать народное, то есть ботовое, предприятие, наладить производство, снабжение и сбыт продукции. И все будут жить счастливо и богато. Ничего себе задачки! А сил хватит?

— Хватит, — из вредности заявил я, хотя чувствовал, что для таких масштабных задач как раз таки не хватит ни сил, ни ума, ни организаторских способностей, ни полководческих.

— Остались бы здесь с другом, — посоветовала Эйна. — Стали бы фермерами. Здесь все — честные труженики, никакой эксплуатации чужого труда. И получают по справедливости: сколько поработал, столько и поел, всё зависит лишь от тебя и твоего трудолюбия.

Она насмешливо поглядела на разомлевшего Фальграна, который хоть и не испытывал потребности во сне, но успел уже сидя задремать.

— Посмотри на товарища. Ему тут явно нравится.

Тот встрепенулся и поспешно закивал.

— Вот видишь… А что это вы ничего не ели?! — вдруг спохватилась она. — Хотя да, понятно…

— Честно работать, говоришь? — Я встал, оправил скафандр и подобрал рюкзак с трофейными артефактами. — Работать и знать, что на соседнем уровне разные твари глумятся над моими собратьями?!

— О боже! Ты ведь всем не поможешь, Ледогор! — Огромные синие глаза девушки стали ещё больше и наполнись слезами. — Ты хочешь на уши поставить весь миропорядок?

— Не только хочу, я его поставлю! — сказал я излишне самоуверенно.

Она смотрела на меня почти с ужасом. Но потом вдруг её лицо прояснилось, и она хлопнула себя по лбу.

— Пойдём со мной. Не знаю, поможет ли это…

— Куда пойдём?

— Отведу тебя к одному человеку. Он должен подсобить. Это наш местный мудрец, всё на свете знает. Тимбальд его зовут.

— А как же Фальгран? — Я кивком указал на товарища, который снова начал задрёмывать.

— С ним у меня в доме ничего не случится. Ему тяжело ходить. Пусть отлежится, пока лекарство действует. На всякий случай включим ему прят.

Мудрец Тимбальд одиноко жил на выселках в небольшой избушке.

— Он немного ненормальный, — предупредила Эйна, когда мы подошли к дому. — Ты не всё подряд слушай. И отвлекаться от разговора ему не давай. Но совет он может дать дельный. Иди! Я во дворе подожду.

— Может, вместе зайдём? — засомневался я.

— Иди, иди! Он уже знает, что ты к нему придёшь. Он всё знает…

Я прошёл через тёмные сени, запинаясь о какие–то вёдра и тазы, и вошёл в полутёмную комнату. Мудрец сидел спиной ко мне на полу в позе лотоса на старой плетёной циновке.

— День добрый! — поприветствовал я хозяина избы.

— Ах ты, дьявол, сбил меня с волны! — раздражённо ответил Тимбальд и повернулся. — Не дают спокойно помедитировать!

В первый раз я увидел в Омнеотроне старика–внешника. Интересно, для чего поводырь из Внешнего мира выбрал себе такую странную внешность: дряхлый дед с морщинистым лицом и длинной седой бородищей?

— Ты фильмы про кун–фу смотрел? — неожиданно он задал странный вопрос, будто прочёл мои мысли.

Не дождавшись ответа, он продолжил:

— А я их кучу пересмотрел, юноша. Горы! И знаешь, кто был моим любимым персонажем? Мудрый старик–учитель, который мог вломить любому громиле типа тебя! Вот поэтому я выбрал себе похожий облик.

Я открыл было рот, чтобы рассказать о своих проблемах, но старик перебил меня:

— Думаешь, я не владею кун–фу? Пойдём во двор, устроим поединок. Я тебе покажу, как я не владею! Ставлю эту новенькую циновку, что ты и минуты против меня не продержишься! Идёт?

— Я по делу вообще–то, — сообщил я, вспомнил предостережения Эйны.

— Ах да, прости старика! — Тимбальд подошёл и похлопал меня по плечу. — Проходи сынок, садись! Я сейчас тебя рисовой водкой угощу! Небось не пробовал никогда?

— Не до водки мне, дедушка! Я за советом пришёл. Дело в том, что…

— Можешь не рассказывать, я всё знаю! — улыбнулся старик неожиданно белозубым ртом. — Прослушка в каждом доме и всё такое. А как иначе? — тут же воскликнул он, заметив мой презрительный взгляд. — Должен же я быть в курсе всех дел посёлка? Я же мудрец!

Шпион ты, а не мудрец, хотел сказать я, но вслух спросил: